Но и без гномов Княжеская осеняя Ярмарка была желаема для многих купцов. Ведь только тут люди могли приобрести орочьи и гоблинские товары. Где ещё в цивилизованном мире можно приобрести одеяло из шерсти Варга или головку сыра из его молока? А гоблинский кривой кинжал, осыпанный сапфирами и изумрудами? Нигде. Во всем остальном мире эти расы смертельно воюют с людьми, и только в Княжестве им удаётся мирно соприкасаться.
Нет, сами гоблины в Городе не показывались. За несколько недель до начала Ярмарки караван маленьких коричневокожих существ появлялся на Синей башне-стороже. Они жили в тех же Восточных горах, но в отличии от кечуа, не на их склонах, а в их пещерах и подземных лабиринтах, никак с дикарями не пересекаясь.
На стороже их уже ждали орки, которые провожали их в своё урочище, дарованное им Миром-на-Крови. Людям, за редким исключением, ход туда был запрещен, но своих 'младших братьев', как орки называли гоблинов, запускали без проблем.
И уже там, в урочище, шли празднества, посвященные окончанию сбора урожая, а так же бойкая торговля и обмен. Именно таким нехитрым путём изделия гоблинских мастеров и попадали на торговые ряды Осенней Ярмарки.
Естественно, что при стечение огромной массы людей, равной практически всему населению города, нужно было думать о безопасности. Поэтому всех, входящих на Княжескую землю обязывали оставлять своё оружие там, где они входили. От бандитов их защищал конвой, а больше не для чего оно честному человеку и не нужно. Нарушение этого запрета каралось жестоко - смертью.
Самих же чужестранцев в Город не пускали, лишь бароны, графы и послы с прочей свитой удостаивались княжеской аудиенции, и только равные ему - покоев в его замке. Все остальные селились в квартале чужеземцем - пригороде, находящимся за каменной стеной. Большие лабазы и склады, бордели и шумные трактиры, гостеприимные дома и постоянные заморские представительства - всё это было построено исключительно из дерева, и обнесено деревянной же стеной, чтобы в случае малейшей попытки нападения сжечь всех его обитателей.
Этот квартал примыкал к Порту, так же отделенному стеной от основного Города, и бывшего слабым местом во время большого скопления чужих кораблей. Существовало правило подхода на загрузку-выгрузку только по двое судов одновременно, но от злого умысла это спасти никак не могло. Положение исправляли древние, но до сих пор работающие камнемётные механизмы, способные выбросить огромные валуны на две сотни шагов, и попадание которых означало верное потопление.
Специальная команда круглосуточно дежурила у этих машин, и во время Ярмарки подходить к ним запрещалось всем, только за исключением князя. Провианта и пресной воды им было запасено с избытком, отхожее место так же имелось. Так зачем беспокоить служивых людей?
Сама Ярмарка проходила на большом поле, за столетия вытоптанном до состояния камня, где помимо торговых рядов были сколочены деревянные помосты, на которых пели и плясали скаморохи или шуты, а заезжие артисты устраивали представления.
Тут же проходили состязания: кулачные бои, драка на бревне набитыми соломой мешками и, конечно же, борьба. Призы в таких соревнования обычно попеременно назначал один из городских цехов, часто лучшее своё изделие. Эталон, как называли их мастера. И многие приезжали на Ярмарку лишь с целью поучаствовать в этих состязаниях.
Ну и, конечно же, пивные уголки, где каждому желающему за мелкую монету наливали большую глиняную кружку пенного напитка. Для тех, кому пиво было не по душе, могли налить и вина, главное чтобы деньги у тебя водились.
На всю эту вакханалию взирала стража, стоя на каменных и деревянных стенах. Лишь в случае страшных буянств и смертоубийств, они вмешивались в происходящее.
Дружина тоже не оставалась без дела. Помимо постоянных конвоев и разъездов, она усиливала гарнизоны Крепостей и башен, а так же прикрывала стражу, часто руководя её действиями. Охрана княжеского Замка в эти дни поручалась отрокам, для которых это было первым боевым заданием на службе. Юноши храбрились, и старались показать себя достойными такой большой чести.
Но всё равно людей не хватало, поэтому князь, по обычаю, собирал малое ополчение с Родов. Два десятка конных и оружных воинов выдавал Род, а князь за это платил сторицей. Дополнительных две сотни дружинников шли под княжеское крыло на границу и в Город, на усиление.
Не возбранялось так же мужчинам самостоятельно, поверх выставленного родового отряда, идти к князю на короткую военную службу. На Ярморочную неделю таких набиралось пять десятков, не меньше. Ведь работы в поле давно окончены, голод семье не грозит, почему бы не послужить маленько, да на общее благо?