70
Для того, чтобы соответствовать нашему христианскому призванию, мы должны быть примером для других – из любви к Богу, из любви к людям. Мы должны быть примером – чтобы не сложилось мнение (не промелькнула бы и тень подозрения), что дети Божии ленивы и бесполезны, что у них ничему доброму не научишься. Мы должны быть примером на деле – и во всяком деле. Подобно землепашцу, что работает в поле, возносясь своим сердцем ко Господу, плотник, купец, служащий, интеллигент – все христиане должны стать образцом для своих коллег. Здесь нет места самодовольству – ибо душам нашим свойственно ясное убеждение, что мы не можем достичь успеха, полагаясь лишь на себя. Одни мы даже перышко с земли поднять не в силах [См. Ин 15, 5.]. Поэтому каждый на своем месте должен делать работу Божию, сея вокруг мир и радость Господни. Совершенный христианин несет в себе спокойствие и ликование. Спокойствие – ибо чувствует присутствие Божие, ликование – ибо находится в окружении Его милостей. Такой христианин – в самом деле подлинная личность, святой служитель Бога [Климент Александрийский, stromata, 7, 7 (PG 9, 451).].
71
Чтобы достичь этого, мы будем действовать как души, движимые Любовью, а не как узники, на плечах своих несущие бремя наказания и проклятья. И все, что вы делаете словом или делом, все делайте во имя Господа Иисуса Христа, благодаря чрез Него Бога и Отца [Кол 3, 17.]. Так мы закончим наше дело с совершенством, не теряя времени даром – ибо будем орудием Господа, влюбленным в Него, сознающим всю ответственность и доверие, возложенные Им на наши плечи – хоть каждый из нас и слаб. Полагаясь на силу Божию, ты должен быть движим только Любовью в каждом своем деянии.
Но не будем закрывать глаза на реальность, теша себя наивной и легковесной иллюзией, будто дорога, нас ждущая, легка; не будем думать, что достаточно добрых намерений да горячего желания служить Богу, чтобы пройти ее до конца. Не сомневайтесь, что в скором времени – возможно, раньше, чем мы думаем, – нам встретятся особо трудные ситуации, требующие полного самопожертвования и самозабвения. Так что укрепите в себе добродетель надежды и воспримите с мужеством слова Апостола: ибо думаю, что нынешние временные страдания ничего не стоят в сравнении с тою славою, которая откроется в нас [Рим 8, 18.]. Уверенно и спокойно думайте о том, что будет, когда прольется бесконечная Любовь Божия в наши бедные души. В ваших обычных трудах пришел час исполнить веру, пробудить надежду, оживить любовь – привести в действие все три теологические добродетели, побуждающие всерьез, без притворства и сомнений, упорядочить нашу духовную жизнь и профессиональную деятельность.
72
И вновь голос Апостола Павла: итак, братья мои возлюбленные, будьте тверды, непоколебимы, всегда преуспевайте в деле Господнем, зная, что труд ваш не тщетен перед Господом [1 Кор 15, 58.]. Видите? Это переплетение добродетелей приводится в действие, если мы исполняем свою работу с желанием освятить ее: крепость, которую мы проявляем, преодолевая естественные трудности. Настойчивость в труде, спасающая от уныния. Самообладание – чтобы отдавать себя без остатка, не поддаваясь внушениям эгоизма и тяге к комфорту. Справедливость – чтобы выполнить до конца свой долг перед Богом, обществом, семьей, коллегами. Благоразумие – чтобы знать в каждом случае, что и когда делать, не теряя времени зря. И все это только из Любви – с живым и непосредственным чувством ответственности за результат нашей работы и ее апостольское значение.
Любовь – это дела, а не хорошие слова [Obras son amores, y no buenas razones.] – гласит народная мудрость. Думаю, тут добавить нечего.
Господь, даруй нам свою благодать. Открой нам дверь плотницкой в Назарете, чтобы мы научились созерцать Тебя, Твою Пречистую Мать Марию, Святого Патриарха Иосифа, которого я так люблю и почитаю – Всех Троих, ведущих святую трудовую жизнь. Наши бедные сердца взволнованы. Господи, мы будем искать Тебя и найдем Тебя в повседневном труде, который, по желанию Твоему, нам предстоит обращать в дело Божие, в дело Любви.
› Человеческие Добродетели› Глава 5
73
Святой Лука пишет в седьмой главе своего Евангелия: некто из фарисеев просил Его вкусить с ним пищи; и Он, войдя в дом фарисея, возлег [Лк 7, 36.]. И вот приходит к Нему женщина, известная всем в городе как грешница. И приближается к Иисусу, и омывает Его ноги. В этом потрясающем эпизоде ее слезы были водой для омовения, ее волосы – платком для отирания. Миррой, принесенной в дорогом алавастровом сосуде, она помазывает ноги Учителя и целует их.
Фарисей в негодовании. Он не в силах понять, что сердце Иисуса переполнено милосердием. Если бы Он был пророк, – думает фарисей, – то знал бы, кто и какая женщина прикасается к нему [Лк 7, 39.]. Иисус читает его мысли и разъясняет: видишь ли ты эту женщину? Я пришел в дом твой, и ты воды Мне на ноги не дал; а она слезами облила Мне ноги и волосами головы своей отерла. Ты целования Мне не дал; а она, с тех пор как Я пришел, не перестает целовать у Меня ноги. Ты головы Мне маслом не помазал; а она миром помазала Мне ноги. А потому сказываю тебе: прощаются грехи ее многие за то, что она возлюбила много [Лк 7, 44-47.].
Мы не можем сейчас останавливаться на Божественных чудесах милосердного Сердца нашего Господа. Посмотрим на эту сцену с другой стороны. Иисус упрекает фарисея, принявшего Его в своем доме без должной учтивости и гостеприимства. Христос – "perfectus Deus, perfectus Homo" [Символ "Афанасия Великого"] – Бог, Вторая Ипостась Пресвятой Троицы, но в то же время Он – совершенный человек. И человеческая природа в Нем не отвергнута или принижена, но возвышена и спасена. Он учит нас, что это не по-христиански – пренебрегать человеком, творением Божиим, созданным по образу и подобию Его [См. Быт 1, 26.].
74
Человеческие добродетели
Секуляризм и другой, противоположный ему образ мышления, который мы могли бы назвать пиетизмом, совпадают в том, что не считают христиан цельными людьми. С точки зрения одних требования, предъявляемые Евангелием к людям, душат человеческие способности. Другие считают, что падшая природа человека представляет опасность для чистоты веры. В обоих случаях результат один: отрицание глубины и полноты воплощения Христа – отрицание того, что Слово стало плотию, человеком, и обитало с нами [Ин 1, 14.].
Мой человеческий, христианский и священнический опыт учит меня противоположному: в каждом без исключения сердце – даже в том, которое погрязло во грехе, – тлеет, точно уголек в горячей золе, неугасимый огонь благородства. И когда доверительно беседуя с людьми, я стучался в эти сердца, когда я обращался к ним со словом Божиим – они всегда отзывались.
Есть на земле немало людей, что не общаются с Богом. Это либо те, которые вовсе не имели возможности слышать слово Божие, либо те, которые его забыли. Но и они могут быть искренними, верными, милосердными, сострадательными – чисто по-человечески. И я осмелюсь утверждать, что такие люди в силах проявить великодушие и по отношению к Богу – ибо естественные человеческие добродетели составляют надежную основу для добродетелей сверхъестественных, духовных.