Одной справедливостью не поможешь всем трудностям человеческого существования. Не удивляйтесь, что, когда с людьми поступают только по-справедливости, это их уязвляет. Человеческое достоинство детей Божиих требует большего. Милосердие все смягчает. Оно действует вовне и проникает вовнутрь. Оно обожествляет – ибо Бог есть любовь [1 Ин 4, 16.]. Мы должны всегда действовать во имя любви Божией, которая очищает и возвышает нашу земную любовь.
Путь от возведенной в абсолют справедливости к полноте любви и милосердия так долог и труден, что далеко не каждому хватит сил и упорства, чтобы пройти его до конца. Многие, сделав первый шаг, останавливаются в уверенности, что путь пройден и цель достигнута. Отказавшись от принципа справедливости, заменив его лишь пригоршней благотворительных акций, они считают, что это и есть то истинное милосердие, к которому они стремились. Они довольны собой, как тот фарисей, который думал, что исполнил весь закон, постясь два раза в неделю и отдавая десятую часть того, чем владел [См. Лк 18, 12.].
173
Милосердие – это великодушный выход за рамки справедливости. Прежде всего оно требует исполнения долга. Оно начинается со справедливости законной и продолжается справедливостью истинной… Но для достижения милосердия мы должны стать еще более чуткими, отзывчивыми, радушными. Мы обретем все необходимые качества, следуя всегда и во всем совету Апостола: носите бремена друг друга, и таким образом исполните закон Христов [Гал 6, 2.]. И тогда уже воистину мы будем жить по законам милосердия, исполняя заветы Христа, Господа нашего.
Для меня не существует более яркого примера взаимодействия справедливости и милосердия, чем поведение матерей. Они любят своих детей – и любовь учит их обращаться с каждым ребенком особо, уважая его своеобразие и применяя принцип справедливости не ко всем сразу, но к каждому в отдельности. Также и в отношениях между взрослыми милосердие доводит до совершенства и дополняет справедливость, ибо учит нас вести себя по-разному с разными людьми, приспосабливаться к их особенностям, чтобы сделать счастливым несчастного, дать знания тем, кто в них нуждается, согреть одинокие души теплом своего участия. Справедливость требует, чтобы каждый мог получить свое – но ведь это не значит, что надо всем дать одно и то же. Утопическая уравниловка – источник чудовищных несправедливостей.
Чтобы уподобиться этим добрым матерям, мы должны полностью забыть себя и не желать себе другой чести кроме служения людям – по примеру Христа, который проповедовал: Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить [Мф 20, 28.]. Надо решительно и добровольно последовать Божественному примеру, работая на благо всех, добывая для других земное благополучие и вечное блаженство. Я не знаю лучшего пути к справедливости, чем путь самопожертвования и христианского служения.
174
Наверное, кто-то подумает, что я наивен. Меня не беспокоят такие оценки. Я все еще верю в милосердие – и буду верить в него всегда! Пока мне еще дарована жизнь, я буду, как священник Христа, не щадя своих сил, нести мир и согласие моим братьям, ибо все мы – дети Бога Отца. Я буду помогать людям лучше понять друг друга, чтобы все они могли разделить со мною общий идеал – идеал веры.
Обратимся в своих молитвах к Марии, Деве благоразумной и верной, и к Святому Иосифу, Ее Супругу, совершеннейшему образцу праведного мужа [См. Мф 1, 19.]. Они, воплотившие в присутствии Иисуса, Сына Божия, добродетели, которые мы созерцали, испросят для нас благодать – чтобы эти добродетели укоренились и в наших душах. Чтобы мы исполнились решимости всегда вести себя как истинные ученики своего Учителя – благоразумные, справедливые и полные милосердия.
› Ибо Они Бога Узрят› Глава 11
175
Вы знаете, что Иисус Христос – пример для всех нас, для всех христиан. Вы часто слышали эту истину и часто над нею размышляли. Более того, вы открывали ее многим людям в своем апостольском служении – в этом человеческом общении с божественным содержанием, которое уже составляет часть вашего "я". Когда представлялся случай, вы напоминали о примере Христа своим собеседникам, обретая тем самым чудесное средство для братского вразумления – ибо тому, кто вас слушал, приходилось сравнивать свои поступки с поведением нашего Первородного Брата, Сына Марии, Матери Божией и Матери нашей.
Иисус – образец всех добродетелей. Это Он сказал: "discite a me", научитесь от Меня [Мф 11, 29.]. Сегодня мы будем говорить об одной добродетели; она не самая главная, но действует в жизни христианина как соль, предохраняющая от гниения, и является пробным камнем для апостольской души. Я говорю о святой чистоте.
Конечно, высшая из добродетелей – это любовь к Богу, но целомудрие оказывается необходимым условием для достижения личного общения с Богом. Человек, пренебрегший целомудрием, теряет духовное зрение, утрачивает способность видеть и различать – ибо душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием; и не может разуметь, потому что о сем надобно судить духовно [1 Кор 2, 14.].
Мы хотим смотреть незамутненным взглядом, воодушевленные заповедью Учителя: блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят [Мф 5, 8.]. Эти слова звучат в Церкви как призыв к нравственной чистоте. Те, кто имеет совершенно чистую совесть и любит целомудрие, сохраняют сердце неповрежденным, – говорит Иоанн Златоуст, – Из всех добродетелей эта – самая необходимая для того, чтобы увидеть Бога [Св. Иоанн Златоуст, In Matthaeum Homiliae, 15, 4 (PL 57, 227).].
176
Пример Христа
Господь Наш Иисус Христос подвергался оскорблениям и насмешкам на протяжении всей Своей земной жизни. С Ним обращались так дурно, как это только возможно. Вы помните? Одни говорили, что Он ведет Себя как мятежник. Другие утверждали, что Он одержим бесами [См. Мф 11, 18.]. А некоторые, превратно понимая Его безграничную Любовь к людям, уличали Господа в дружбе с грешниками [См. Мф 9, 11.].
Позднее Его упрекнут в том, что Он садится за столы богатых [См. Лк 19, 7.]. Его, Иисуса, этот образец покаяния и воздержания! Его пренебрежительно называли "fabri filius", плотниковым сыном [Мф 13, 55.] – словно в этом есть что-то оскорбительное. Его огульно обвиняли в обжорстве и пьянстве… Он терпел любые обвинения – кроме одного: в отсутствии чистоты. Он замкнул уста хулителей, ибо хотел, чтобы Его образ сохранился незамутненным – восхитительный образ чистоты, целомудрия, света, любви, которая способна сжечь весь мир, чтобы его очистить.
Я люблю говорить о святой чистоте, постоянно ссылаясь на поведение нашего Господа. Он проявлял эту добродетель с величайшей деликатностью. Обратите внимание на рассказ Святого Иоанна о том, как Иисус "fatiguatus ex itinere, sedebat sic supra fontem", утрудившись от пути, сел у колодезя [Ин 4, 6.].
Открой глаза своей души и неспеша прочувствуй эту сцену. Иисус Христос, "perfectus Deus, perfectus Homo", Совершенный Бог – совершенный человек [Символ "Афанасия Великого"], устал "от пути" и от апостольского труда. Возможно, что иногда и с тобой такое случается – и ты останавливаешься, чувствуя, что сил больше нет. Измученный Учитель производит трогательное впечатление. К тому же Он голоден – ибо ученики лишь только отправились в соседнюю деревню, чтобы купить еды. Он голоден, Он испытывает жажду.