Он облизнул пересохшие губы, выпил глоток воды и снова взглянул на часы. Было без пяти, а в семь по телевизору хоккей.
— Всё. Привет!
Метнув на прощанье уже не просто строгий, а испепеляющий взгляд, Гусяев круто повернулся и, поправив причёску, вышел из ванной комнаты.
РАБОТНИЧКИ
Сон
Заместителю начальника отдела труда и зарплаты Главного управления материально-технического снабжения Министерства местной промышленности Василию Аристарховичу Козодоеву приснилось, что он лебедь.
Ему привиделось, что он — мужчина средних лет, склонный к полноте и раннему облысению — запросто превратился в птицу, всем своим обликом выражающую грацию, в чём сможет легко убедиться каждый, кому посчастливится увидеть известное хореографическое произведение «Умирающий лебедь».
Для того чтобы наиболее точно передать характер необыкновенного сна В. А. Козодоева, предоставим ему слово.
— Прежде всего хочу официально заявить, — сказал Василий Аристархович, — что, поскольку сон — явление бесконтрольное и стихийное, я, как единственный очевидец, никакой ответственности за содержание своего сна нести не могу.
А теперь я изложу сон в порядке видения.
Сперва я увидел озеро. Потом на берегу заметил довольно-таки оживлённую группу сослуживцев, в частности — плановика Братцева, машинистку Веру Свекольникову, бухгалтера Шуйскую Нину Ивановну и артиста Сергея Филиппова. Хочу сказать, что присутствие артиста в нашем коллективе даже во сне показалось мне случайным.
Все лица, которых я назвал, сидели на траве и ели воблу. Кто-то из них пил пиво, но кто — уже не помню. «Интересно, где они достали воблу?» — подумал я и вдруг чувствую, что плыву по воде.
Как раз в этот момент Вера Свекольникова закричала: «Товарищи! Смотрите! Наш Козодоев превратился в лебедя!»
И тут я взглянул на себя со стороны.
И что же я увидел?..
Я увидел, что совершенно раздетый, в одних только перьях, плыву по водной глади, красиво изгибаю шею, как положено лебедю, и смотрю на наших товарищей.
И вдруг я вижу начальника главного управления Мумухина, который, не считаясь со своим ответственным постом, лично прыгает в воду и плывёт ко мне стилем брасс. Подплывает, я с ним здороваюсь, а он вместо ответного приветствия качает головой и заявляет по моему адресу: «Хорош гусь!»
Тогда я взмахиваю крыльями, улетаю от руководства и пою лебединую песню.
А потом я просыпаюсь.
Василий Аристархович закончил свой рассказ, и мы разглядели в его глазах горькую обиду и душевную боль.
Причиной этого явилось решение руководства освободить тов. Козодоева В. А. от занимаемой должности.
На вопрос тов. Козодоева, заданный им с иронической улыбкой: мол, достаточно ли уважительная причина для увольнения — временное превращение работника главка в водоплавающую птицу? — последовал ответ, что история с лебедем переполнила чашу терпения руководства и общественности.
Дело в том, что в текущем году тов. Козодоев видел уже целый ряд более чем странных сновидений.
В первом случае ему приснилось, что он забивает «козла» с бывшим премьер-министром Великобритании.
Во втором случае в самом конце квартала тов. Козодоеву приснилось, что он едет на курорт с одной популярной киноартисткой, фамилию которой мы по понятным соображениям не называем.
Памятуя о том, что сны относятся к категории явлений неуправляемых, мы решили встать на защиту тов. Козодоева.
Настоящее выступление было уже подготовлено к печати, когда пришло письмо за подписью тов. Mумухина.
Мы с глубоким удовлетворением отмечаем, что руководство тоже определяет сон как явление подсознательное и в связи с этим указывает, что любой человек, вне зависимости от занимаемой должности, пола и семейного положения, имеет законное право видеть во сне всё, что ему угодно, но только в тех случаях, как справедливо замечает тов, Мумухин, если сновидения являются человеку не на работе, а дома.
Последнее обстоятельство, к сожалению, лишает нас возможности помочь Василию Аристарховичу Козодоеву.