После появления богини и исчезновения Бориса прошло пять дней, и они пока не почувствовали действие её магии, а вот отсутствие друга чувствовалось.
– Он мне как брат, – говорил на вечернем привале Дарк. – Я рад тому, что у него любовь, но одному как-то...
– У тебя есть я, – перебила его Вела, – а Борис обязательно вернётся, если его не заездит Лана. Зачем ему терять время в дороге, когда его можно провести намного приятней? Смотри, какое чудное облако! Правда, оно похоже на собаку?
– Фантазёрка! – он посмотрел на лохматое облако, которое на глазах меняло форму, и обнял жену. – Сегодня хорошо шли. Было не так жарко, как вчера, и ветер сдувал пыль в сторону, а не нам в лица. Надоело её глотать, а у богов нет ни одного подходящего заклинания.
– Может, это потому, что они не бродят по дорогам? – засмеялась девушка. – Лана обещала какие-то новые заклинания. Надеюсь, что среди них будет и то, с помощью которого они ходят в нашем мире. Представляешь, сделал шаг – и ты уже в Аштаге! Бывшая столица – мой родной город, знаешь, как я по нему скучаю? Дарк, а откуда боги берут силу?
– О чём беседуете? – спросил подошедший к костру Лар.
– Жена хочет узнать, откуда боги черпают силы, – ответил Дарк. – Мы станем во всём похожи, вот силой больше не поделятся.
– Один из богов говорил, что источник их силы в людях, – объяснил герцог. – Если сделаете так, чтобы вам молились...
– Не хочу, – сказала дочь. – Что это будет за жизнь? Для преклонения людей нужно им помогать или так напугать, чтобы к алтарям гнал страх.
– Это ты сейчас не хочешь, – вздохнул Лар. – К силе быстро привыкают, а желание стать сильней свойственно каждому. Вот потратит твой муж в этой войне всё, чем его наделили... А у вас впереди такая долгая жизнь, что можно измениться до неузнаваемости. Я говорю не о внешности, а о сути. Сейчас вы боитесь смерти не больше других...
– Хотите сказать, что мы теряем больше других, поэтому не будем собой рисковать? – спросил Дарк. – Может быть, когда-нибудь появится такая осторожность, пока я только знаю о своём бессмертии и не собираюсь праздновать труса.
– Только попробуй умереть! – пригрозила жена. – Мигом перережу себе горло!
– Дурные слова, – осудил отец. – Никакая любовь не будет жить тысячи лет, даже сотни. Всё приедается, дочка, и вы тоже когда-нибудь надоедите друг другу. Ни у кого из богов нет постоянной пары, а ведь, наверное, когда-то были. Гибель любимого – это горе, но если не сделаешь обещанной глупости, то поправимое. Время залечит сердечную рану и даст другую любовь. Это тебе по молодости лет кажется, что будет иначе. Ладно, можете кормить комаров, а я пойду отдыхать.
– Никакого уважения к божественности! – рассмеялся Дарк, прихлопнув севшего на лоб комара. – И против этой напасти нет заклинаний. Пойдём отдыхать, а то завтра будем чесаться.
– Захватили живыми хоть одного поджигателя? – спросил Кожель.
– Никто из них не захотел сдаваться, – зло ответил сотник. – Да и наши парни были в ярости. Сжечь три десятка кораблей! Всех убили!
Незадолго до рассвета было совершено нападение на стоявшие на рейде корабли. Экипажи спали на берегу, а на каждом из кораблей должны были нести вахту два-три матроса. Вахтенные тоже спали, за что и поплатились. Белолицые приплыли на небольших плотах, забрались на борт по якорным канатам и вырезали матросов. После этого разожгли в трюмах костры и стали делать то же самое на палубах. Дыма было много и от лагерных костров, поэтому дежурившие на берегу сорголы не сразу отреагировали на диверсию. Когда запылали первые корабли, в лагере подняли тревогу. К этому времени враги спустились на плоты и вознамерились повторить захват, но вахты были разбужены криками на берегу и заревом пожаров, поэтому матросам удалось отбиться. Карабкавшихся на корабли белокожих расстреляли из пистолей, а тех, кто поплыл прочь от берега, догнали на лодках и порубили.
– Хорошо, что сожгли только транспортные корабли, – сказал подошедший генерал. – Это дополнительное подтверждение моим словам! Пока не наведём дисциплину, будем нести потери!
– Чем хорошо? – неприязненно спросил Кожель. – Половину этих кораблей не успели разгрузить, и мы лишились припасов!
– Было бы намного хуже, если бы загорелись те, на которых стоят орудия и много пороха, – ответил Берг. – Объяснять почему? Вы взялись за дело, в котором ничего не смыслите, и делаете ошибку за ошибкой. Смотрите, корабль!
Вдоль берега на большом удалении от него плыл трёхмачтовый парусник с паровой машиной.
– Наш, – с облегчением сказал Кожель. – Наверное, проводит разведку кто-то из другой провинции.
Он угадал, и через час они смогли узнать подробности о высадке флота провинции Лабра. Корабль подошёл к берегу и бросил якорь.
– Ну у вас и вонь, – поморщился сошедший с него капитан. – Зачем жечь столько костров? И что это за мусор на воде?
– Потом объясним, – уклонился от ответа Берг, – сначала расскажите, как воюете.
– С ходу захватили город, – с охотой начал рассказ лабриец. – В нём было много солдат, но они дрались нерешительно и бестолково. В уличных схватках опасны лучники и те, у кого есть арбалеты, их в первую очередь и валили. Нас было намного больше и не жалели пороха, поэтому быстро захватили порт и центральную часть города. Сильно мешали горожане, и не только нам, но и защитникам. Попробуйте воевать, когда они носятся по улицам, да ещё со своим барахлом!
– А почему не убивали? – удивился Кожель.
– Убивали только тех, кто попался под руку. Мы не могли на них отвлекаться и не хотели убирать тела. Проще было дать им возможность сбежать. Наш генерал сказал, что много беженцев – это хорошо. Они посеют страх в сердцах белокожих, внесут неразбериху и правителям придётся тратиться не только на армию, но и на них. А убить можно и когда-нибудь потом, сейчас важнее очистить землю и на ней закрепиться. Я тоже думаю, что порох лучше тратить на солдат, чем на баб. Когда ещё подвезут запасы!
– У вас тренируют солдат? – спросил Берг.
– Конечно, тренируют, – подтвердил капитан. – Как только захватили город и выставили охранение, так наши офицеры и взялись всех гонять. Генерал сказал, что без учёбы никто никуда не пойдёт. Отправили корабли за припасами и подкреплением, а пока не вернутся, будут тренировки. Много недовольных, но подчинились. Наш глава из совета пригрозил, что за непослушание будут отправлять на Терм без права вернуться.
– С сегодняшнего дня приступите к тренировкам! – глядя в сторону, приказал Кожель, когда отошёл капитан. – Разгруженные корабли будем отправлять за подкреплением, здесь оставим пять боевых. Хватит их для обороны с моря?
– Должно хватить, – ответил генерал. – Орудия с остальных лучше отправить в город. Пока укрепим ими оборону, а когда перейдём в наступление, возьмём с собой.
– Вы обязаны подчиниться! – заорал граф.
– Вам я обязан только нашим поражением, – ответил всадник, у которого полковник вознамерился забрать коня. – Вы бросили свой полк и сбежали! Советую уйти в лес и свести счёты с жизнью, королевские палачи сделают то же самое, но уже без спешки.
Видевшие их перепалку солдаты и беженцы не останавливаясь брели по дороге, стараясь как можно дальше уйти от захваченного сорголами Золема. Почти у всех солдат были раны, наспех замотанные обрывками одежды. Многие мужчины несли узлы или маленьких детей, те, кто постарше, шли сами. Когда бежали из города, ребятни было больше, но многие потеряли родителей, а долгая дорога и палящее солнце лишили их сил и желания жить. Кому-то помогли те, у кого не было своих детишек, но таких было мало. Остальные были обречены на смерть.