В этот день повезло выйти к деревне. В ней были жители, которые за золото щедро поделились едой. Торийцы к ним заезжали, но не зверствовали. Забили пару коров и поваляли девок, после чего ушли. Здесь отдохнули до вечера, а к большаку выбрались по узкой, накатанной возами дороге. По ней крестьяне каждое утро возили продукты на рынок Багора. Ночью почти не отдыхали, торопясь как можно дальше уехать от занятого врагами города. А утром везение закончилось. Ускакавшие вперёд солдаты не вернулись и не подали никакого знака, а из-за поворота дороги в доршагцев полетели болты. Половину из них убили сразу и ещё несколько бойцов потеряли, когда пытались укрыться в лесу. Когда Ольгер остановил коня, рядом с ним был только один солдат.
– Не видел, что с остальными? – спросил граф.
– Все убиты, – понурив голову, ответил мечник. – Последними достали господина барона и Варка, когда они были уже в лесу. Мы с вами спаслись, мой лорд, только надолго ли?
– Не знаю, как ты, а я отсюда выберусь! – разозлился Ольгер. – Как звать?
– Далем, – ответил солдат. – Род называть?
– Обойдусь без рода. Золото осталось?
– Своего нет, а выданное бароном так и лежит в сумке, – ответил Даль. – Вернуть?
– Не нужно ничего возвращать, – сказал граф. – Если хочешь бороться за жизнь, едем вместе, а если пал духом, я тебя не держу! Купишь у крестьян какую-нибудь одёжу и можешь безбоязненно ехать с ними в любой город. С золотом как-нибудь устроишься.
– Я всё-таки попробую с вами, мой лорд! Уж больно я злой на торийцев, чтобы под ними жить!
– Тогда будем действовать так же, как раньше, только без спешки.
* * *
В королевский кабинет вошёл пожилой, но ещё крепкий мужчина в потёртой кожаной одежде, на которую были надеты дорогие доспехи. К Августу пускали с оружием только самых доверенных вельмож, не было его и на поясе у вошедшего.
– Садитесь, Умар, – предложил король. – Вас не оскорбляет такое обращение?
– Нисколько, ваше величество, – ответил герцог Витар. – Король Яр называл так же, вот от молодого Малька пришлось наслушаться всякого.
– Вы один из трёх герцогов Доршага, поэтому должны многое знать о прошедшей войне. Кто-нибудь из них уцелел?
– Даргус был сослан в Варум. Этот город недалеко от границы с Торой, поэтому он был сразу захвачен. Наверняка герцог попал в плен или погиб. Герцога Гальдара ранили на моих глазах, но тогда такое творилось, что раненый просто не мог выбраться из сечи. Возможно, кто-то из них и спасся, но я в это не верю. Я многое знаю о войне, но только до разгрома. Пришлось спасать свою жизнь, поэтому о дальнейшем могу судить только по тому, что слышал от других.
– И что вы слышали? – спросил Август. – Рассказывайте, не ждите моих вопросов. Нам с канцлером важно знать всё!
Сидевший рядом с королём граф Марей с интересом наблюдал за заметно нервничавшим гостем.
– После сражения полки Урама ушли, а оставшиеся торийцы перебили воинов Доршага, которые уцелели в битве и не смогли спастись бегством, – начал рассказывать Витар. – Пленных не брали. Закончив бойню, они по трём дорогам вторглись в королевство и начали занимать его города, безжалостно убивая всех владельцев камней силы, а часто и членов их семей. Обычные в таких случаях грабежи совершались уже после резни. Крестьян, как правило, не трогали, пострадали лишь горожане, в первую очередь благородные и купцы.
– Мы знаем о страсти Гарха к камням, – нетерпеливо сказал король. – Как с этим сейчас?
– С камнями ничего не изменилось, – ответил герцог. – Новостью стало то, что начали ловить мальчишек лет двенадцати. Их заковывают и сотнями вывозят в Тору. Сословие не имеет значения, главное – возраст и здоровье. Хотя из-за резни, там должны быть только крестьяне и дети горожан из бедноты. Богатые ставили своим детям камни, поэтому те попали под нож. Из городов началось повальное бегство, но опоздавшим трудно бежать, потому что торийцы взяли под контроль дороги. Захвачена треть королевства, а возможно, и больше.