* * *
Видимо, никто из лесных дикарей пока не посетил капище и они не нашли тело убитого Барком соплеменника, потому что не было погони. Беглецам повезло найти ручей, а потом барон застрелил косулю, поэтому единственным, чего им не хватало, был овёс. Кони подъедали чахлую траву на полянах, но не могли долго держаться на такой пище.
– Как бы не заблудиться, – сказал герцог, пытаясь рассмотреть солнце.
Уже несколько свечей не встречали ни одной поляны, а ставшие огромными деревья полностью закрыли небо, и было трудно увидеть солнце в царившем под их кронами полумраке.
– Не заблудимся, – отозвался Барк. – Меня в детстве учили, как чувствовать север. Я был самым сильным в семье, но без дыры в голове не дотянул до мага. Ехать нужно туда. Если не будет корма, завтра придётся идти пешком. Нужно беречь лошадей, иначе их лишимся.
Деревья начали мельчать только к вечеру. Стали попадаться поляны, на одной из которых заночевали. Коней не стреножили, и они до утра съели всю траву. Завтракали зажаренным впрок мясом косули, не трогая своих запасов. Когда двинулись в путь, почти сразу вышли к реке. Тёмная, покрытая ряской вода едва двигалась и пахла не речной свежестью, а болотом.
– Не хочется мне в неё лезть, – проворчал барон. – Жаль, что нет топора. Срубили бы дерево... Здесь только три десятка шагов, его хватило бы.
– Ты по нему пройдёшь, а кони? – возразил Даргус. – Мне от этой реки тоже как-то не по себе... Давай пойдём вверх по течению, может, найдём место поуже.
Узкого места не нашли, зато натолкнулись на мост. Через реку были переброшены уложенные в ряд деревья. К мосту подходила хорошо утоптанная тропа, которая продолжалась на другой стороне реки. Перила отсутствовали, но пяти деревьев было достаточно, чтобы обойтись без них. Беглецы поспешили перебраться через реку и воспользовались тропой, благо её проложили в нужную сторону. Первым ехал Барк, который держал наготове лук. К счастью, им никто не встретился, а тропа вывела на поляну и исчезла. Продолжения не нашли и двигались, ориентируясь по солнцу, которое было уже хорошо видно. Обедать остановились у небольшого ручья с очень чистой водой. Поблизости увидели поросшую густой травой поляну, так что подкрепились и кони.
– Нам только не натолкнуться бы на дикарей, – говорил барон, доедая свою порцию мяса. – Тогда дня через два должны выйти к Торгу. Косуля закончилась, но остались крупа и лепёшки. Других рек здесь нет, а та, через которую перебрались, наверное, впадает в какое-нибудь болото. Не знаю почему, но от неё тянуло такой жутью... Хорошо, что не пришлось переправляться вплавь.
– Дикарей не должно быть много, – отозвался уже поевший герцог. – Большие селения не прокормятся охотой, а рыбы здесь нет. Будем осторожней и помолимся богам. Ты кого славишь, Дар?
– Эхтая, – ответил капитан. – Его славят многие воины. Все мы после смерти попадём в его чертоги. Если верить жрецам, боги ничем не отличаются от смертных, кроме силы, поэтому могут отыграться на недостаточно почтительных. Лучше лишний раз помолиться, язык от этого не отвалится.
– В Торге уже могут быть торийцы. Нужно найти деревню и узнать у мужиков, чья сейчас власть. Если город занят, поедем просёлками. Долго, но по большаку уже не проедешь, а лесом я сыт по горло!
* * *
– Впереди застава, – доложил вернувшийся Даль. – Пять солдат сидят у костра и ещё один охраняет лошадей. Лес слишком густой, поэтому нужно возвращаться.
– Я придумал, как нам ехать днём, – сказал Ольгер. – Сейчас вернёмся в деревню, купим у мужиков их одёжу и обменяем коней на такую клячу, которая не вызовет у торийцев ничего, кроме жалости. Если понадобится, доплатим за воз и какую-нибудь еду. Крестьян не трогают и не мешают им продавать продукты.
– У нас бритые лица, – осмелился возразить солдат, – а крестьяне бородатые.
– Обрежем у какого-нибудь деда и приклеим. Если будем одеты в дерюгу, грязными и с бородёнкой, кто станет рассматривать! А если вымазаться в навозе...
Всё получилось как нельзя лучше. Деревенские мужики с охотой обменяли старую кобылу и неказистый воз на двух прекрасных жеребцов и за так отдали одежду. Пришлось заплатить за провизию, которой за один золотой принесли больше, чем мог вместить воз.
– Хватит! – сказал им граф. – Куда нам столько? Ваша лошадь сдохнет раньше, чем мы выедем из деревни. Теперь насчёт бороды...