Внезапно на равнине возник мужчина. Видевшие кочевников признали бы в нём степного воина, но это был не учи, а их бог. Он послал призыв – и в тот же миг неподалёку стали появляться мужчины и женщины. Это тоже были не люди, а боги и богини мира Сорт.
– Зачем звал? – спросил один из них Угода.
– Нужна ваша помощь, – ответил тот. – Пора отбросить соперничество и действовать сообща! Речь идёт о нашем существовании!
– И кто же нам угрожает? – спросила необыкновенно красивая богиня в облегающем платье из серебристо-серой ткани.
– По мнению Хранителя, люди должны исчезнуть, уступив место сорголам. Никому из вас не нужно объяснять, чем это грозит? Сколько каждый из вас сможет просуществовать без той силы, которую дают люди? Меня хватит лет на тридцать.
– Он объяснил своё мнение? – спросил кто-то из богов.
– Он сказал, что сорголы совершеннее людей, – ответил Угод. – Из-за магии люди остановились в развитии и занимают место, которое нужно другим. Они пользуются малым и не будут ни с кем делиться. Самый неуживчивый вид, которому больше нет места на Сорте!
– И как Хранитель думает их извести?
– Хранитель никогда не убивает сам своих подопечных. По его замыслу, люди должны исчезнуть в результате войны. Он подбросил Гарху человека другого мира, которого король сделал советником.
– Много насоветует какой-то выходец, не знающий мира, в который попал! – презрительно заметил кто-то из богов.
– По его совету породнились короли Торы и Урама, – сказал Угод. – Разбит и занят Доршаг, захвачены горы моего народа и готовится мёртвая армия для завоевания Лебарии! Вы понимаете, что эта затея обречена на провал, но человеческие королевства так ослабеют в грядущей свалке, что люди не смогут дать отпор вторжению сорголов! Пройдут десять или двадцать лет, и они исчезнут, а потом придёт и наш черёд! Что скажешь, Ольмер?
– Серьёзная угроза, – признал тот, кого люди отождествляли со смертью. – Я получу много силы от этой бойни, но потом придётся уходить. Хранитель поможет, вот только хватит ли моих запасов, чтобы найти свободный мир или у кого-нибудь его отобрать? Боюсь, что нет. Сорголы нам не подходят, потому что ни в кого не верят и не захотят подчиняться, а Хранитель не позволит применять силу. Он редко вмешивается в дела смертных, но и нам этого не позволит. Разрешил когда-то пасти людей и предупредил, что остальные разумные не для нас. Ты что-нибудь предпринял?
– Запретил своим учи драться с Гархом, – ответил Угод. – Ему нужны только горы, а не степь. Большего я не сделаю.
– Не хотелось вмешиваться самому, – с досадой сказал Ольмер, – а моих жрецов разогнали по лесам. Может, используем магов? Хранитель наложил ограничения на их число, а теперь магов убивают воины Торы. А от каждого мага мы получаем в сотни раз больше силы, чем от обычного человека. Если открыть кое-кому из них наши секреты... Помогут, а потом их можно убрать.
– Так мы только предотвратим побоище, – вступил в разговор атлетически сложенный юноша, единственный из богов вооружённый мечом. – Если наш континент подвергнется вторжению сорголов, отдельные королевства не смогут защититься, а мы получим только отсрочку. Нужно подумать над тем, как их объединить. Сорголов очень много, они плодятся быстрее людей и развивают технику. Если не усилить наших подопечных, им не поможет и объединение. Люди не готовы принять знания, и быстро это не изменить. Остаются одни маги. Но со своей теперешней силой и знаниями они нам не помощники. Я знаю только двух, которые уже сейчас сильнее остальных и будут и дальше наращивать силы, но они знают не больше других.
– Золотые камни? – спросила богиня в серебристом платье. – Этого будет мало. Если мы хотим выжить, нужно делиться. А для начала давайте решим, кто возьмёт на себя эту работу.
Глава 10
Чету графов Барток сопровождали десять дружинников, но Дарк по-прежнему не расслаблялся. Разбойников можно было не опасаться, да и граф Тагор не позволил бы себе ничего лишнего при встрече, но оставалась опасность от местных баронов. Как он узнал у трактирщика перед отъездом, их дружины иной раз попадались на грабежах. С такими разбирались жёстко. Это не внушало оптимизма, потому что вряд ли кто-нибудь будет искать виновника, если исчезнут никому неизвестные беглецы из Доршага. Сын Фара попытается поднять шум, но он сам чужак. Наверняка найдутся желающие ограбить тех, кто не сможет дать отпор и за кого не привлекут к ответу. Барон Варкус ограбил своего графа, а здесь какие-то совершенно чужие беглецы, да ещё с золотом! Таких не ограбит только ленивый, а учитывая их благородство, живых после этого не оставят. Видимо, граф был очень внимательным человеком, потому что заметил беспокойство юноши.