Доктор сел у стола и попросил показать эрегированный “прибор”, Сергей расстегнул ремень и пуговицы - штаны пали и сложились у его ног. Я прежде не видел сбоку стоящий, словно пушка, мужской член. Улыбнуло. Сергей посмотрел на доктора, - доктор взял небольшую деревянную линейку и попытался перевести рычаг в положение “выкл”, - тот отпружинил.
- Понятно, - сказал Док, почесывая линейкой затылок.
- Святые места, - сказал Сергей.
- Болит?
- Нет.
- Приапизм, - сделал заключение доктор.
- Что? - переспросил я.
- Приапизм, - повторил доктор, - патологически длинная эрекции у мужчин.
- Святые места, - добавил Сергей.
- Давайте так, здесь я вам ничем помочь не смогу. Сейчас идите спать, - ночь-то не спали - боли нет, значит уснете. Никаких экскурсий, а то как бы чего… ну, вы поняли. Постарайтесь ни в кого его не совать и ничем не поливать - это понятно?
- Да, - неожиданно для себя, ответил я за Сергея.
Сергей оделся, мы вышли в коридор, где доктор еще раз повторил свою рекомендацию для любопытных и шибко рьяных. Девицы отвели Сергея в каюту и уложили в люлю. Я зашел за Тиной и мы пошли завтракать. Мне не хотелось ничего рассказывать - думал: заживет, пройдет, упадет.
Мы съездили на экскурсию, где посетили Спасо-Преображенский собор, несколько часовен, купили сувениры в лавке и вернулись к обеду. За поездкой выяснилось, что мы оба крещенные, но ничего не знаем о православии, - совсем ничего. Это не было нам чужим и не было своим - мы просто жили мирно с ним рядом.
Обед - два часа дня. Мизансцена не поменялась: Сергей сидел за тем же столом с тем же лицом, вокруг него люди. Самые смелые подходили и трогали, верующие крестились, молились и шли к скитам и часовням; а неверующие пытали Сергея вопросами: где то место - Сергей не делал из этого тайны, но видимо мест было несколько, а остров большой, поэтому указать точное место приложения не представлялось возможным - требовались эксперименты. Он только изредка повторял фразу: святые места.
Тина, узнав причину собрания, сначала задумалась, - видимо что-то представила, затем, выйдя на палубу, начала смеяться - только не сейчас, - подумал я. Но святые меня не слышали и ее заразительный смех покатился: сначала по палубам теплохода, наполняя каюты своим беспечным звучанием, а затем вырвался на просторы острова, словно веселая река, несущая в своем потоке радость и веселье.
Ее голос звучал словно мелодия, проникающая в самые глубины души и наполняющая их светом и радостью. Те, кто слышал этот смех, не могли устоять перед его обаянием. Он заразительно взывал к сердцу, будто добрый наставник, увлекающий за собой в танец. Каждый звук этого смеха был как нота в гармонической мелодии, в которой каждый инструмент играл свою неповторимую роль.
Вскоре все, кто слышал ее живой смех, - смеялись. Многие люди не знали причину ее веселья, но поймав шарм радостного очарования, - подчинялись - смеялись со всеми вместе. Вскоре теплоход был похож на плавучий счастливый дурдом, где все - команда и пассажиры - хохотали… до слез, до истерики.
Вчера, когда теплоход только подходил к острову, была только одна тема для обсуждения - это Валаам. Сегодня добавилось две темы: вечная мужская эрекция и заразный смех; если одной болезнью пока заразился только один человек, то второй заразой переболели все.
Отсюда напрашивался вывод, что места здесь действительно святые и надо пользоваться моментом: женщины тащили своих мужиков в лес, - те сопротивлялись. Сергей закрылся в своей каюте и никуда не выходил. Популярность его девиц увеличилась в разы: Иветта, Лизетта, Люзетта, Жанетта были нарасхват, а баба Шура солировала лучше всех.
Она говорила о достоинствах Сергея: что знает его много лет, что к этому все давно шло и, что именно так рождаются святые. Женщины живо интересовались биографией героя и обсуждали между собой достоинства и недостатки такого чуда. Большая часть туристов сошла на берег и рассеялась по лесу в поисках места приложения.
Тина веселилась среди прочих, глаза ее горели, она уже не смеялась, как прежде, но бесконечно меня подкалывала: у тебя должно быть также; давай проверим; началось уже? На ужин Сергей не вышел - это всех разочаровало. Но девицы всех успокоили сказав, что Сергей спит. Я притомился - заснул рано.
Рано утром меня разбудил стук в дверь - я открыл. На пороге стоял Сергей - выпуклости не было. Он улыбался. Мы вышли на палубу, он закурил и со слезами на глазах заговорил:
- Клещ… клещ, сука, под мошонку залез. Лизка нашла: что-то у тебя тут Сережа бугорок, раньше не было, - говорит. Потом уж они все вместе посмотрели и вытащили клеща. Лиза молодец - люблю ее. А так бы пропал… Я уж думал, что делать? Не отрежешь… холодной воды на него ведро вылили, а он только синеет, но не падает - солдатик… оловянный.