(возмущенно, вполне реалистично едва ли не завизжал от шока Дюан)
- Что такое? - взволновано обернулась я (едва только умостившись ему на колени).
- Когда ты успела меня покусать? Этой ночью? Да?
(дошло - невольно рассмеялась)
- Нет, увы.
Я не хотела тебе раньше признаваться, но, видимо, все же, придется: эта «способность», дорогой, у тебя - с рождения...
- Неправда!
- Правда, правда, мой мальчик. Еще какая правда, - и язвительно погладила, провела по его волосам.
(«обиделся», губы надул, как ребенок маленький)
- Ничего, Маратик. Врачи говорят... с этим... жить можно.
- Честно? - (и снова умело изображает «наивный, молящий взгляд» щенка, уставленный мне в очи).
- Честно, милый. Честно.
(вдруг сжал, сжал в своих объятиях крепко, и тут же уткнулся носом, прижался всем своим лицом к моей спине)
- Ну, тогда хорошо...
(едва слышно прошептал Дюан, отчего-то вдруг потеряв охоту к шуткам, но все еще продолжая «играть» роль)
- Ты много раз был на море?
(несмелая пауза рассуждений и, видимо, не самых легких воспоминаний - но наконец-то отозвался)
- Немало.
Было время даже,... купил себе яхту и укатил долой от мира сего, чтобы забыться.
- Из-за Женье?
(едва слышно, с опаской прошептала я)
(невольно хмыкнул)
- Увы, Патти. Не одна она меня предала в этой жизни.
Так что... причин хватало, чтобы поступить так.
А с Женье, когда мы расстались, я купил дом у озера, в лесу - и жил в одиночестве (чего скрывать, пил... и немало) почти год. Пока не явилась Оливия и со скандалом, криком и истерикой не привезла меня туда, в город, где мы и познакомились с тобой.
- Так... всё же... с ней вы не такие уже и далекие?
- Далекие. Но ее мания «старшей» сестры, ее ... материнский инстинкт, который не нашел выхода в жизни, берет свое.
- А почему не нашел? Почему же не родит себе ребенка?
(невольно (печально) рассмеялся)
- Говорит, не родился еще такой мужчина, который заставит ее сердце биться чаще, а рассудок помутнеть, да до той степени, что она решиться создать семью.
- Но... Оливия же ... не молодеет. Время-то... идет.
- Время...
Патти, время - очень странное «существо». И для каждого оно пляшет по-своему.
... И что, что, а этот «нюанс» Лив не пугает.
Единственной ее фобией есть то, что привяжет себя к кому-то или чему-то, и тогда потеряет самое главное в ее жизни - свободу. Ту, за которую готова отдать не только тело, но и душу...
Мда.
Когда-то я завидовала ее характеру, силе воле, принципам, но а теперь... теперь увидела, НАСКОЛЬКО она несчастная.
Нет уж, лучше я буду «рабыней», зависимой (душевно) от Марата, чем жить в ГОРДОМ одиночестве.
Увы. Я сыта им, и ничего... кроме соли и боли, в нем нет.
Так что...
- Не замерзла?
- А? Нет. Нет. Конечно. На улице стоит жара, да еще и ты меня обнимаешь - разве может быть... холодно?
- Ну, мало ли...
- Или ты... намекал, мол, домой пора?
- Можно и домой...
- Черт!
- Что?
- Мы же продукты не купили!!
- А ты кушать сегодня еще будешь?
- Нет, ну, а завтра? Что будем есть завтра?
- «На завтра» можем и купить «завтра».
- Очень остроумно.
(вмиг дернулась - вырвалась, сорвалась на ноги)
- Поехали!
- Куда?
- В магазин.
- Патти, они, наверняка, уже закрылись.
- Чушь! Здесь должны быть ночники! Поехали!
(ну, или пошли... тут идти-то всего...)
Глава Шестьдесят Четвертая
***
Увы. Глупыми были мои надежды - вечер в Валетте приносит затишье. И лишь только с наступлением утра... столица вновь оживет.
Дабы порезвиться, насладиться ночной жизнью - предстоит ехать в соседние города
(как нам посоветовали, так это Пачвиль, Буджибба, Сен-Джулианс, Слима).
Но раз нас не интересовала подобная лабуда, единственное, что оставалось - покорно отправиться домой... и ждать, ждать, ждать - пока вновь откроются продуктовые магазины.
Фильм. В принципе, а чем еще занимаются вечерами друзья?
Если не игры, то - фильм. Что и вышло в нашем случае.
Две спальни, две разных, огромных, шикарных кровати
(да так, что не подкопаешься... с «отговоркой» - что спать там будет кому-то из нас неудобно)...
Н-но... я все равно уснула в его объятиях.
Нет, фильмец был интересным, да вот только,...силы мои иссякли - устала за день...
... столько всего нового.
Как истинный мужчина, джентльмен, мой Марат сдержал слово («на завтра» - завтра).
Едва я открыла глаза - как уткнулась взглядом во фрукты, ягоды, и даже чай с пирожными на блюдце, стоявшие на тумбочке рядом с кроватью...
Поход в магазин был. Был. Да.
Да только без МЕНЯ!!!
- И что это?
(обижено надулась я)
- Доброе утро, милая. Как спалось?
- Хорошо. Спасибо. Ты ходил... один... делать покупки?