Ответила, ответила я,
но с каким-то напором, жадностью - да не одна я была сейчас в этом диком голоде,... истощении без ласки.
Его губы стали живее и упорнее двигаться, шевелиться, словно пытаясь полностью меня поглотить. Нежность, нежность взрывалась в этих движениях, невольно превращаясь... во властную, отчасти дерзкую, смелую страсть.
Мгновение - и я ворвалась своим языком ему в рот, желая полностью ощутить на вкус... своего мальчика.
(Стыдно? Страшно? Не по себе?
Все эти чувства все еще сидели во мне, но как испуганные дети - молчали,
... покорно замерли, смотрели и ждали, что будет дальше...
Что...)
Несмелое движение - и его руки сплыли от моих плеч к ладоням, робко схватил, сжал за кисти...
короткий поцелуй в губы (рывком)... и тут же развернулся - идти прочь, на ходу выпуская одну мою року прочь, а вторую стискивая еще жадней...
Шаги, шаги... пока не привел меня в спальню, пока не застыли... у кровати.
Несмело присел на край. Движение, робкое, но навязчивое - и я опустилась ему на колени.
И снова губы, его губы жадно отыскали мои... и стали ласкать, нежить, словно какой хрупкий цветок... голубит солнце. Словно воздух, словно во мне сейчас - был... «его» воздух.
Жаркие объятия, страстные поцелуи,... неосознанно скатившиеся от лица к шее, а от шеи - к ключице... Влажный язычок, дерзко, откровенно скользнув по моей коже, заставил невольно вздрогнуть.
Сердце, сердце мое заколотилось, как сумасшедшее, и то,... что раньше оно пыталось вытворить от волнения, просто показалось чушью...
Плавное, медленное движение - скользнув руками под платье, Марат поднял тут же полы его вверх.
Смело (или только в попытках так себя проявить) я спешно задергалась, помогая освободить себя от одежды.
А, черт, страх взорвался, как мыльный пузырь, и теперь все внутри онемело, предвещая какую-то непонятную истерику.
Впервые, казалось, для меня близость с мужчиной сейчас будет - впервые.
А, может, так и есть. Впервые будет... «по-настоящему»?
Любя?
Без... «надо», «неплохо бы», «пора уже».
Впервые я этого... очень хочу. ОЧЕНЬ.
Мой Марат. Я отдамся сегодня тебе... сполна... без капли сожаления...
Щелкнула застежка бюстгальтера, отчего пристыжено дернулась я, машинально пытаясь прикрыться.
Но тут же движение Дюана, его поцелуй мне в плечо, заставил застыть на месте.
Ласки, ласки... крохотными шажочками от шеи к краю, вдоль ключицы,... оттесняли бретельку долой, пока та вовсе не спала вниз.
Такая же участь ждала и вторую - коварной нежностью... справлялся Марат с моим страхом и робостью.
Движение - и наконец-то вовсе освободил меня от назойливой вещицы.
Кроткий взгляд, вбирая в себя... всё увиденное (жадно изучая мою нагую грудь)...
... и тут же (краснея от смущения, пристыженный от пристального, следящего за каждой его эмоцией, (моего) взгляда) прильнул, ...
прильнул губами к соску, вбирая в себя, втягивая - играя... и тут же замирая в усладе -... желая ощутить запретное на вкус.
Застонала, невольно застонала я и выгнулась под напором, невольно сжала пальцы на его спине, вцепилась в тело.
Дурман, дурман удовольствия стал разливаться по жилам, смешиваться с горячей кровью - и полностью лишать сдержанности и опаски.
Резкое мое движение - и нагло стянула с Дюана рубашку (плевать на пуговицы, плевать на всё... что будет отрывать меня, оттягивать момент самого желанного).
И вдруг, легким, ловким перекатом, повалил меня Марат на кровать, движение... и плотно прижавшись к моей спине,... стал жадно одаривать поцелуями всю меня,... начиная от мочки уха и заканчивая пологой волной бедер...
Плавные движение рукой, нежные поглаживания - и стал напористо лишать меня последней одежины.
Не знаю, ...
... не знаю почему, но впервые близость с мужчиной потеряла какие-либо «плотские потребности» - нужду в «правильных», «логических» движениях, потеряла натугу...
Всё выходило как-то само собой, без... усилий и сосредоточенности, на грани инстинктов, желаний и спонтанных порывов,
... но, тем не менее, или наоборот, как раз, вследствие этого, ласки давно переросли рамки материального, физического.
... лишь эмоции, чувства и ощущения, божественные ощущения. Едва ли которые можно назвать реальными...
Еще, еще мгновение... еще поцелуи - и пиковый, долгожданный момент просто взорвал меня изнутри.
Крик, больной, шальной крик раздался, невольно вырвался из меня,... взывая то ли к пощаде, то ли к продолжению «мук»...
Но рассудок, рассудок уже поплыл, утонув в блаженстве... и я едва что смыслила далее...
Эйфория, больное удовольствие... на грани помешательства, левитации, порхания где-то там, за пределами осязаемого...