Или все вместе и сразу.
Это плохо для нас обоих, но я не в силах прекратить.
Так что иду за ней к согласованному месту.
Нахожу ее стоящей у дерева в парке, в который студенты вряд ли когда-нибудь ходят. Разве что покурить.
Хейли приветствует меня улыбкой, но я выхватываю сигарету из ее пальцев, швыряю эту дрянь на землю и втаптываю ботинком.
— Зачем ты это делаешь? — рычит она, упирая руку в талию.
— Ты не должна курить, — отвечаю. — Это плохо для тебя.
— О, — ее руки опускаются, и она смотрит на меня слегка сбитая с толку. — Ну, я не ребенок. Я могу сама о себе позаботиться.
— Оно и видно, — протягиваю я, поднимая бровь.
Хейли вздыхает и закатывает глаза, но губы все же растягиваются в соблазнительной улыбке. Хватаю ее за подбородок и нежно приподнимаю его, очаровательно ей улыбаясь.
— Не хочу, чтобы ты рано умерла.
— Бооожечки, спасибо, — отвечает Хейли.
— Я серьезно.
Девушка облизывает губы и смотрит в землю.
— Да знаю.
— Пообещай, что бросишь, — прошу я, пытаясь заставить ее посмотреть на меня, опуская голову к уровню ее глаз. — Не кури.
— Я не могу…
— Сделаешь это ради меня? — вскидываю голову. — Буду дарить тебе по поцелую за каждый день, который сможешь продержаться.
Знаю, что звучит пошло, но от моих слов она слегка смеется, так что задание можно считать выполненным.
— Ладно.
— Умничка, — быстро целую ее в лоб, убеждаясь, что никто не смотрит.
Хейли сжимает губы, ее волосы спадают на щеки, словно специально прикрывая румянец. Легкий ветер сдувает ее локоны в мою сторону, и внезапная красота этого движения поглощает меня. Розовые, полные губы и яркие глаза притягивают, когда она смотрит исключительно на меня. При свете дня она неожиданно выглядит другой. Менее похожей на девочку, которую я трахаю ради удовольствия, и больше на девушку, которую мне хочется целовать ради удовольствия.
Почти инстинктивно наклоняюсь вперед, мой мозг перестает работать в ее присутствии, и я ощущаю запах ее пряных духов, которые напоминают мне запах летней ночи в тропиках на пляже Гаваев. Энергия, которую она выделяет, омывает меня волнами и наполняет чем-то, чего я не чувствовал уже долгое-долгое время.
Чем-то, что заставляет меня почувствовать себя живым.
Ее губы приоткрываются в момент, когда я понимаю, что она собирается что-то сказать, и я прижимаюсь к ним своими губами.
Мне не хочется перебивать ее, но я также не могу остановиться.
Мне необходимо поцеловать ее.
Когда момент проходит, и мы отпускаем друг друга, я чувствую наполненность, заставляющую меня улыбнуться.
Я явно потерялся в этом моменте.
Поцеловать девушку — нет, не просто девушку… свою студентку — при свете дня, в месте, где любой может нас увидеть. Если здесь и имеется дурак, то это я. Я рискую карьерой, а ради чего?
Ради чего? Ради нее.
Ради нее.
Да, ради нее.
Не знаю, зачем согласился… но ради нее я бы это сделал.
Одна только мысль заставляет меня отпрянуть назад.
Неловкость появляется в выражении ее лица, и мне интересно, почему. Из-за поцелуя? Или потому что он прервался?
— Что не так? — спрашиваю я.
Хейли качает головой и отделывается улыбкой.
— Ничего.
Я хмурюсь и прищуриваю глаза. Что-то есть, но она не скажет мне. Хотя, не думаю, что дело во мне. То, как она смотрит вдаль и потирает предплечья, заставляет меня задуматься о том, что в ее жизни происходит больше, чем известно мне.
Конечно, я не знаю всего. Никогда ведь не спрашивал. И даже не давал намек на то, что мне интересно.
Вел себя как глупец.
Разве я могу ожидать, что она станет мне рассказывать, понимая, что, если я не спрашиваю, — значит, мне все равно. В конце концов, я сказал ей, что это только секс… и секс на самом деле самое лучшее, что я могу ей дать.
Единственное, чего нам не стоило бы делать, поскольку я ее преподаватель, и все же я не хочу останавливаться. По факту, каждый момент, который я с ней провожу, пробуждает желание лишь двигаться дальше.
— Так зачем ты хотел встретиться? — спрашивает она, вытягивая меня из моих мыслей.
— А, точно. Ты получила результаты анализов? — прочищаю горло я.
— Каких анализов?
— От доктора, — шепчу я, кладя руку на дерево рядом с ней.