— Эй! — долетает возмущённый девичий возглас с другого края поляны.
Со всех сторон тут же раздаются веселые смешки детей.
— Верно, Алиса! Прекрасное определение! Возвращайся на место. Итак, ученики, сегодня мы с вами постараемся изобразить счастье на холсте. У всех оно разное. Поверю каждому, главное умело передайте настроение на бумаге.
Глава 1. Мальчик, которого нет. *1.1. Страх
Глава 1. Мальчик, которого нет
1.1. Страх
— Отпустите! Отпустите меня!
Раннее утро.
Два здоровых мужика, подхватив под руки долговязого мальчишку, тащат его в сторону серого фургона с тонированными наглухо стёклами. Ноги, обутые наспех в лёгкие, тряпичные кеды, уже полностью пропитанные влагой, волочатся по мокрому асфальту. Пятки цепляются о мелкие камни, пока ребёнок раздирает горло отчаянным криком и пытается вырваться из стального захвата военных.
Не удаётся.
Конвоиры слишком сильны.
Поэтому, извиваясь как уж, мальчишка старается хотя бы выдернуть запястье, чтобы смахнуть с лица слёзы, которые смешались на коже вместе с дождём. Но даже неистовое сопротивление не помогает совладать с огромными, сильными мужчинами. Их руки как путы держат слишком крепко.
Противный ливень с каждой секундой всё настойчивей размывает картинку перед глазами, мешая увидеть главное. И мальчишка от этого сильнее раздражается. Середина лета, а зарядило так, словно наступила унылая осень.
Он всегда недолюбливал дождь, но сегодня ненастье стало ещё и спутником рокового события.
Резкие порывы ветра тормошат мокрые волосы. Русые, коротко стриженные, но из-за впитавшейся влаги, которые сейчас выглядят тёмными и патлатыми.
Лёгкая ветровка и брюки, натянутые на тело дома впопыхах, также насквозь промокли, вот только ребенок совершенно не обращает внимание на пронизывающий тело холод. Потому что безотрывно смотрит лишь в одну сторону. Туда, где возле обветшалого с облупленным фасадом панельного дома, ещё несколько здоровых мужчин в чёрной форме обступили хрупкую фигурку его матери.
Кутаясь в полы лёгкого кардигана, она пытается укрыться от непогоды. Такая маленькая по сравнению с военными. И такая беззащитная…
Тряхнув головой, чтобы сбросить мешающие капли, мальчик, наконец, видит мать более отчётливо. Их разделяет уже несколько десятков метров, а он будто стоит рядом, замечая каждую деталь: как пшеничные длинные волосы, мокрые и потемневшие от дождя, прилипли к красивому, но бледному лицу. Как мама тоже плачет и безостановочно пытается что-то объяснить военным. Вот только мужчины и полчаса назад, когда врывались в их квартиру, особо не церемонились, а сейчас, застыв в ожидании, пока один из служащих заполнит все необходимые документы, вообще игнорируют молебные просьбы несчастной горожанки. Замерли, словно истуканы, и от этого кажется, что они даже не дышат.
— Отпусти! Кому сказал!
Снова дернул руками, но все трепыхания бесполезны. Он будто букашка, насаженная на иглу, которая может лишь дрыгать конечностями и вертеть головой.
Редкие прохожие, прикрываясь зонтами, спешат прочь от места, где развернулись трагические для одной семьи события. Полностью их игнорируя ребенок продолжает в одиночку сопротивляться. Он не зовет на помощь. Знает, что никто не заступится. Никто не поможет. Не будут простые горожане связываться с теми, у кого на эполетах вместо отличительных званий, красуется рисунок щита, перечёркнутого красным крестом — высшая структура Зортеба.
Но вот возле подъезда, начинается шевеление. Тощий работник канцелярии, над головой которого держат зонт, отрывается наконец от писанины и протягивает стопку бумаг одному военному в чёрном. Крепкий мужчина, который все это время находился в стороне возле машин, подступает ближе. Буквально за несколько секунд пробегается глазами по тексту. Коротко кивает. И женщине надевают наручники.
Мальчишка, с каждым шагом всё больше отдаляется и уже практически не видит, что происходит возле его дома. Но по скупым, слаженным движениям военных, догадывается: вердикт вынесен.
— Не-е-ет!!!
Брошенный женщиной лишь на мгновение взгляд в его сторону. Отчаяние, боль. И ребёнок, приложив последние усилия, вырывается из цепкого захвата. Жаль, что свободы хватает сделать всего несколько шагов в сторону матери. Тяжёлая рука одного из амбалов прикладывает по шее со спины так сильно, что от ощутимого удара подкашиваются ноги и он плашмя падает в лужу перед собой.