— Мы дошли до первой точки. Отсюда и дальше некоторым будет сложнее передвигаться. Старшие — следите за малышами. Идти придётся по отвесной стене. Верёвку от руки категорически нельзя отцеплять. Если кто-то сорвался — без паники. Мы рядом. Вытянем обратно. Костя страхует у окна, я на второй точке. Идти недолго, но, пожалуйста, не торопитесь. От того, как мы преодолеем оставшееся расстояние, зависят наши жизни. Все поняли?
Тишина.
— Они прилетели? — кто-то осторожно спросил совершенно странный для Семёна вопрос.
Всемил промолчал.
— Стоит ли рисковать, если их пока нет? — ещё кто-то из старшаков.
— Стоит, — уверенно в голос проговорил беловолосый предводитель.
— А Матвей и Влада? — робко раздалось от стоявшей рядом малышки, которая в темноте доверительно прижалась к боку Семена.
— Ребята точно спасены, записку мы получили от них. Я ручаюсь.
— Сколько потребуется ждать? Вдруг нас поймают до того, как придёт спасение?
— Думаю к утру… — Всемил набрал в грудь побольше воздуха и нервно закончил фразу: — будем уже дома.
Дети довольно зашептались. Некоторые даже заплакали от радости. А девочка, под боком Семена, так сильно задрожала, что пришлось положить ладонь на её голову, усмиряя волнение.
— Идём!
— Скорее!
— Идём же!
Заголосили вокруг нетерпеливо и наперебой.
— Тихо! — шикнул громко Всемил. — Мы вырубили только ночную стражу. Пересменка через два часа. Но если нас заметят раньше, тогда всем хана.
Все тут же мгновенно смолки.
— Обсуждать ситуацию будем после того, как спасёмся. Если дельных вопросов больше нет, предлагаю выдвигаться. В окно вылазим по одному.
Возникла возня. Дети стали напирать друг на друга, нетерпеливо топая короткими шагами вперёд.
— Не толкайтесь! Все успеют. Если хоть один по какой-то причине останется, возвращаются все. Наши никого не бросают. Ясно?!
— Да…
— Да!
Духота. Волнение. Темнота.
Семён шагал почти в конце. За ним лишь человек десять. Когда он подошёл к чугунной ванной, заглядывая снаружи внутрь из окна ему протянул руку один из троицы отважных. Лунное сияние очень хорошо освещало облик белобрысого мальчишки.
«Значит, это его зовут Костя», — подумал Семён, залезая в чашу с ногами.
Костя тоже увидел, кто встал перед ним. Скривил недовольно лицо и нахально протянул:
— А-а, это ты…
— Что я? — буркнул в ответ Семён, стараясь тоже придать своему голосу недовольство.
— Ты хоть лазить по деревьям умеешь? — ехидно уточнил белобрысый. — Или только тупо пялиться в книги Законов?
Семён от этих слов тут же растерял браваду. Скуксился, не сумев подобрать такой же красочный ответ. Отвёл глаза.
— Костя, заткнись и помоги ему уже выбраться!
Оказывается, Алиса замыкала длинную вереницу цепи, состоящую из живых людей. Внутри в районе груди от услышанного знакомого голоса потеплело на несколько градусов.
В ответ на её замечание мальчишка, стоявший за окном, досадливо сморщился и потряс в нетерпеливом жесте свою протянутую руку, обращаясь к Семёну:
— Давай быстрее! Задерживаешь только остальных.
— Я сам, — отпихнул ладонь и с возмущённым сопением оттолкнулся от эмалированного дна ногами.
В этот момент услышал, как вслед долетело ворчливо от Алисы:
— Костик-сушеные кости, вот я тебе задам взбучку, как выберемся.
— А чё сразу я?! — возмутился белобрысый в ответ.
Семён уже ловко перебрался наружу, встав уверено ногами на поребрик. Увидев улыбку на лице рыжей, обращённую в его сторону, тоже в ответ растянул свой рот. Но девчонка, тут же переведя взгляд на Костю, сменила радость на строгое выражение. Показала язык.