Рукам, не привыкшим держать вес тела, было тяжело. Но не успел Семён толком устать, как уже добрался до открытого «клюва». Перед тем как занырнуть в зев, в его сторону потянулось множество рук, помогая уверенно ступить на борт корабля.
Внутри было непривычно и ярко. Глаза цеплялись за всё подряд, пытаясь понять, где он очутился. На стенах стальные рейки переплетались с неизвестным белёсым материалом, при близком рассмотрении ещё сильнее напоминающем чьи-то кости. Несколько витиеватых железных лестниц у входа уводили вниз под пол и вверх к потолку, заныривая в узкие люки. Необычной обтекаемой формы полки, на которых лежали странные инструменты вперемежку с книгами и бумажными свитками находились по всему периметру.
Но больше всего заворожило мальчика стоявшее посреди воздушной палубы огромное старинное дерево. Ствол был настолько широким, что, наверное, его могли обхватить не меньше четырёх детей, если бы соединили свои руки в цепочку. Крона, густо усыпанная насыщенными тёмными листьями, практически упиралась в стеклянный купол. А корни будто росли прямо из пола, витиевато, как змеи, выныривая в неожиданных местах.
Но привлекало это необычное дерево не только размером.
Зеркало или что-то очень отдалённо напоминающее его, было врезано у основания прямо в толстенную кору и утопая немного в ней. Вот только кроме формы, этот объект больше ничем зеркало не напоминал. Необычный предмет был овальный. С человеческий рост. А внутри вместо привычного отражения — светящаяся голубая рябь, будто морской бриз. Мелкие волны хаотично перекатывались из одного края рамы в другой, словно реагируя на мельчайшие изменения, происходящие на корабле. Казалось, что эти волны звали, тоненько пели, приглашая погрузиться в глубины. Изведать их.
Едва сумев отлепить взгляд от завораживающего зеркала, Семён вынырнул из задумчивости, возвращаясь в реальность. Отступил назад к краю открытой площадки. Огляделся.
Вокруг стоял невероятный гам. Радостные дети обнимались с потерянными ранее Матвеем, Владой и друг другом. Болтали без умолку в полный голос. Шутили, смеялись и вели себя так беззаботно, будто они уже спаслись, хотя снаружи продолжали раздаваться выстрелы и взрывы.
Отвязывая руку от верёвки и растирая раздражённую кожу запястья, Семён ощутил, как на плечи кто-то накинул тёплый плед. Повернул голову. Перед глазами зарябило от цветастых накидок, в которые кутались близстоящие дети. В ладони толкнулась кружка странной жидкости.
— Выпей, — доверительно заглянула одна из девочек в глаза.
Сделав глоток, Семён закашлялся. Никогда такого противоречивого по вкусу напитка он не пробовал в своей жизни. Пряный, с кислинкой и при этом сладкий. Даже дикий виноград, который они срывали с Алисой, был не таким приторным.
— Что это?
— Горячий морс на меду. Влада сделала по семейному рецепту. Он поможет успокоиться.
— Дети! — оглушительным басом вылетело из динамиков, висевших у потолка.
Все тут же притихли, вслушиваясь в речь говорившего. Подняли головы.
— К вам обращается капитан воздушного судна Ярослав Фердман. Пш-ш-ш. Добро пожаловать на борт Крылатого Странника семь точка ноль два.
— Ря-я-я-я!!
— Ри-ри-ри!!
Перекрикивая друг друга, дети, вскинув над головами руки, затрясли ими в воздухе.
— Вражина — имя которому Зортеб, настойчиво пробивает брешь в нашем корабле. Пш-ш-ш. Ещё один залп «Шипастой розы» и мы подбитые рухнем в море. Высокочастотная система дала сбой. Странник на последнем издыхании, а Жан до сих пор не всех вернул на борт. Рядом со мной помощник капитана… пш-ш… слышно меня? Пш-ш… вашу таврушку всмятку… пш-ш, короче, я не могу его отпустить, мы вдвоём держим защитный купол и пытаемся отбиться от замка. Ш-ш-ш…
Тишина.
— Есть кто-то старший? — спросил динамик спустя минуту.
— Да, — выступил вперёд Костя, глядя с тревогой вверх, обращаясь к невидимому собеседнику. — Перед вами Константин Ветров, господин капитан.
— Костя! — смачно гаркнули из рубки перебивая. — Портал открыт и настроен на ближайшее безопасное место. Мы перешли на резервный генератор. Пока ещё есть запал у Странника, приказываю всем детям немедленно эвакуироваться.
— Есть, капитан! — Костя отсалютовал рукой вверх и обернулся к остальным. — Слушать мою команду…