На корабль с помощью ребят заполз Всемил. Плюхнувшись устало прямо на пол, он облокотился на округлую стену корабля. Вытер с бледного лица выступивший пот. Семён, который стоял самым последним в очереди на странную эвакуацию, взглянув на прибывшего, насторожился. По идее длинноволосый должен был замыкать цепочку и быть последним, но Алиса на борту до сих пор не появилась.
— Где она? — в два шага Семён оказался рядом. С плеч к ногам двоих упал цветастый плед.
Ноль реакции. Всемил даже не поднял головы, разглядывая через открытую пасть кусок каменной стены замка. Схватив его за грудки, Семён резко вздёрнул мальчишку на ноги. Заглянул в глаза.
— Где Алиса?!
— Она сама так решила, — устало протянул Всемил и отвёл взгляд.
— Решила что? — припечатал задиру к стене, но тут же отбросил того в сторону и рванул к приоткрытой пасти. Вцепившись рукой в торчащий у края крюк, выглянул вниз.
И обомлел. Сердце непослушно заныло в груди, а потом принялось без устали барабанить о рёбра.
На открытой площадке остались двое. Алиса и Жан. Которые в это самое время, прижавшись спиной к спине, сражались с двумя противниками. У девчонки в руке только длинный, изогнутый нож. Мелкая, юркая, она, совершив подсечку снизу, моментально достала им своего оппонента, но передохнуть не дали, тут же из кабинета выскочил ещё один боец.
У стоявшего рядом с ней Охотника в одной руке находилась тяжёлая булава, во второй меч, которыми он уверенно орудовал. Два взмаха и его противник тоже был повержен, но и Жану не дали толком опомниться, прижимая к краю.
Почему-то военные появлялись на балконе по одному, через достаточно длинный промежуток времени. Пока Охотнику и отважной девочке хватало сил отбиваться. Уже четверо в чёрных кителях валялись под их ногами бездыханными телами. Но понаблюдав короткое время, Семён понял, что долго этим двоим не выстоять.
Суетливо завертев головой в поисках помощи, он в несколько шагов оказался снова возле Всемила. Рядом с ним топталось несколько ребят.
— Почему ты её бросил? — подступил он так близко, что нос коснулся щеки светловолосого.
Оттолкнув от себя Семёна, мальчишка взвинчено подорвался на месте, дёргано взмахнув руками.
— Её никто не бросал, я предлагал пойти вперёд, но тут из кабинета прорвалась охрана. Они умудрились проделать узкую дыру в двери, через которую теперь по очереди просачиваются. Мне ничего не оставалось…
Он смолк на полуслове, будто выдохнул весь кислород. Вновь отведя взгляд, тихо и очень неуверенно добавил:
— Они отобьются сейчас и поднимутся к нам.
— Кто?! — крикнул Семён. Злость на охватившее всё тело бессилие затапливала сознание. — Мелкая девчонка против здоровых мужиков?!
— С ней боевой опытный Охотник, он не даст в обиду.
— Ты обещал, что если в замке останется хоть один ребёнок — вернутся все остальные.
— Это не касалось только нас троих, — упрямо мотнул головой Всемил.
— Кажется, трусливая девчонка здесь всё-таки ты, — выплюнул Семён последние слова и развернувшись направился широкими шагами в сторону открытого клюва.
Верёвка, соединяющая корабль и балкон замка, одиноко болталась в пустоте. Её конец кто-то из последних, кто забирался на борт, старательно завязал у края выступа, туго натянув. Схватившись за канат, Семён подёргал его, проверяя на прочность. Зажмурил глаза, стараясь выдохнуть страх. И…
— Погоди, — окликнула его одна из взрослых девочек.
— Что? Я вниз за Алисой.
— Знаю, — она, смутившись прямого взгляда, протянула перчатки, — вот возьми. Иначе ладони до крови сдерёшь.
Натянув не по размеру здоровые тряпичные рукавицы, он схватился за канат и, больше не тратя времени на сомнения, шагнул в пустоту.
Руки скользили по верёвке будто смазанные маслом. Даже через перчатки ощущалась нестерпимая боль. Кожа на ладонях горела. Семён, до крови закусив губу, терпел пытку, отсчитывая секунды приближения к замку, с тревогой наблюдая за происходящим на балконе.
Как и предполагалось, численный перевес стал в итоге ключевым в бою. Двое, зажатые к самым перилам, не успевали отбиваться уже от троих солдат. На полу под ногами валялось пять человек. Когда Семён был на середине пути, он услышал грозный выкрик Жана, обращённый к Алисе: