— Впервые вижу, чтобы кто-то по дому рассекал голышом, — очнулся наконец Денис, отходя к серому кухонному гарнитуру. В голос вернулись спокойствие, монотонность.
— А что не так? — искренне удивился Семён, огибая проекцию. Босые ноги теперь прошлёпали в сторону ванной комнаты. Гость, встрепенувшись, направился следом. — Ещё скажи, что ты моешься в одежде.
— Но сплю-то я в трусах. Что за дикие привычки у тебя?
— Никак не пойму, что тебя смущает в моём облике. Ты же каждый день в своей капсуле видишь голых девочек. — Дверь, ведущая в ванную, плавно отъехала в сторону.
— Вот именно, что я предпочитаю другие типажи. — Проекция обрисовала в воздухе гибкие линии. — Если бы знал о твоих наклонностях, и впредь бы избегал звонков по утрам.
— Договорились. Я тоже предпочитаю, чтобы меня будили другим способом. Предлагаю на этом закрыть тему с моей задницей, и переключиться на более интересное. Например, хочу услышать комментарии про дорогостоящую новинку, которую кто-то приобрёл.
Семён махнул головой, указывая на светящуюся нашивку на груди друга, уже стоя в ванной. Перед носом Дениса дверь автоматически закрылась, но он уверенно просочился через пластиковое полотно внутрь небольшого помещения.
— О-о-о… — карие глаза стали немного отливать довольством, самую малость. Но Семён знал, что его сослуживец был редким экземпляром. Увлекающаяся натура. Опасная черта для жителя Пяти Городов, учитывая, что она могла перерасти в любой момент в сильные эмоции, — я полгода ждал старта продаж. Уже ночью загрузил программу в капсулу и даже немного потестил. Ощущения синхронизируются с реальностью на девяносто процентов. Визуал совсем как настоящий.
Он повертел перед глазами ладони, обтянутые тонкими перчатками. В зрачках уже прорывался сквозь «броню» азарт.
— Такого результата даже у филиалов Зортеба не было. Эти «Городские сети» просто разрывают историю создания виртуала на «до» и «после». Ты понимаешь, какой это прорыв?
— Понимаю, — равнодушно ответил хозяин дома, нажимая на панели зеркала пиктограммы и попутно оглядывая в отражении своё лицо.
Видок, конечно, был ещё тот. Отпечаток от залома подушки на всю щеку. Сонные глаза с тёмно-серым отливом, украшенные мешками под веками. И щетина, пробившаяся всего за одну ночь. А ещё волосы вьющейся копной торчали в разные стороны, закрывая лоб и верхнюю часть ушей. Надо подстригаться.
Душ плавно и бесшумно выдвинулся из центра на потолке. Брызнул поток. Семён встал под тёплую водную струю.
— На сколько уйдёшь? — спросил, бодро намыливая себя пеной.
— Полное погружение на три дня. — Снизив голос до тихо-заговорщицкого, гость, пытаясь поймать глазами хозяина дома из-под плотного водяного потока, проговорил: — меня давно уже так ничего не волновало. Хочу всё досконально изучить.
— Понял, значит, к следующей смене успеешь.
— Да, должен. — Продолжая разглядывать друга, Денис пролез рукой под шлем и, почёсывая лоб, неожиданно выдал: — Слушай, а ты ничё так…
— Мне сто́ит начать за тебя переживать? — фыркнули из-под водяного водопада в ответ.
Наверное, Денис был единственным из тех, перед кем Семён мог не играть роль бездушной машины.
Никто не умеет контролировать эмоции, но правила Законов основательно вдолблены правительством в головы каждого Горожанина. И только вот такие редкие экземпляры, как Денис и Семён могли хотя бы друг перед другом оставаться собой.
— Я не об этом, тупица, — скривил лицо толстяк, уже полностью сбрасывая маску, — можно я возьму твою аватарку? Ты же всё равно ей в сетке не пользуешься?
— А-а-а, бери, конечно. С Яной у меня встреча только в конце недели.
Десятисекундная сушка тела горячим потоком прямо из стены ванной, и Семён через несколько минут посвежевший и гладковыбритый, уже натягивал чёрные джинсы с рубашкой в спальне. Открыв выдвижной стеллаж в стене, вытащил из ящичка телесного цвета шнурок, на котором болтался странного вида кулон. Мутноватый камень, с необработанными краями выглядел как кусочек отломанного солнца. Парень, не рассматривая, привычным жестом повесил его на шею.
— Всё ещё его таскаешь?
— Угу.
— И так за джинсы и причёску каждый месяц штрафы платишь, уже стабильно как налоги. Если патрульные увидят… — скрестив руки на массивной груди, на него пристально смотрел Денис.