От неожиданности Елена вздрогнула.
– Прости, – сконфуженный Андрей замолчал.
– Нет, нет, продолжай, это …, – она покрутила неопределенно кистью, – это по-человечески.
– Однажды мы с Виктором разбирали мертвого «джосера»…
Андрей вкратце пересказал историю, начинающуюся с того, как на станцию поступил сигнал SOS с эвакуационной капсулы. Самочувствие Елены было критическим. Кардиостимулятор от удара, от воздействия электромагнитного и радиационного излучения словно взбесился – то останавливал ее сердце, то грозил взорвать. А когда подлетали к станции, так и вовсе отключился. «Вита-16» принял Елену едва живой. Как только Андрей узнал, что группа крови одинаковая и габариты тела схожи, сразу решился. Виктор все сделал как надо – по высшему разряду.
На руку сыграло то обстоятельство, что спасатели не могли сразу найти Елену. Шести дней Андрею хватило починить кардиостимулятор и поставить на место.
– Вот, собственно и все, – дроид пожал плечами.
– Слушаю тебя и все больше убеждаюсь, ты самый что ни наесть человек. Причем человек с бесконечно добрым сердцем, – улыбка сползла с губ девушки, она стала серьезной. – И не только потому, что отдал его мне, но еще потому, что согласился пожертвовать собой ради моей свободы. – Елена трудно сглотнула, – раскрыв себя, ты стал не то что соучастником, а главным злодеем во всей этой истории. Во время пересадки я находилась без сознания и не могла дать согласие. После твоего признания тебя должны не перепрограммировать… Я не знаю, как они достали бы тебя из машины. Но точно бы наказали, несмотря на то, что сердце твое, и отдал его по доброй воле, – взволнованная девушка продолжала говорить. – Ты знал о законе, оттого скрывал правду, притворялся железным истуканом, и именно поэтому починил и оставил кардиостимулятор на месте.
Андрей молчал, смотрел, как по ее щекам текли слезы.
– Ты рисковал, хотя знал меня совсем мало. Я вела себя, как эгоистка… как, – слезы душили, она не находила слов. – Спасибо, – шмыгнула, вытерла глаза, – я не встречала… Нет никого, кто бы для меня сделал больше, чем ты. – Она подошла и обняла железного истукана. – Оно доброе и сильное. Я это чувствую.
Андрей не знал, что ответить и ощущал себя последним идиотом.
– Я тебе его обязательно верну, – шептала Елена, прижимаясь к железному механизму, представляя человека, – как только смогу. – Ее слезы капали на металл, стекали, оставляя за собой влажные дорожки.
– Но, – заговорил смущенный до крайности Андрей, – мне сначала надо обзавестись телом.
– Конечно, – Елена отстранилась, вытерла глаза.
– Вряд ли это в ближайшее время станет возможным. Да и не хочу…
Девушка внимательно посмотрела на дроида:
– Поясни.
– Здесь я обрел покой. Именно то, что мне не хватало на Земле.
Андрей пустился в воспоминания. Елена узнала о его семье: мама, отец, младший брат жили небогато. Отец работал в космопорте на разгрузочном «Архере», мама – логопед. Успевала все и везде: репетиторствовать, поддерживать в доме порядок, вкусно готовить и воспитывать двух охламонов. Жили дружно. Однажды, когда семейством ехали на выставку собак, вдруг раздался удар, машину подбросило и швырнуло на встречную полосу под грузовик. «Мама и Коленька умерли на месте. Медицинский бот застрял в искореженном электрокаре и не смог оказать первую помощь. Меня с отцом прибывшие медики на вертолете отправили в больницу. Папа был очень плох – ему оторвало ноги, – тихо рассказывал Андрей, опустив взгляд в пол. – После длительного лечения предоставили в аренду протезы. Страховки на большее не хватило. Суд постановил, что отец виновен в аварии. Я точно знал и говорил на заседаниях, причина всему – выбоина. Но эксперты утверждали обратное. Я рассказывал, как ощутил сильный удар. Меня так подбросило на сиденье, что стукнулся головой о потолок и только потом врезались в грузовик. Одиннадцатилетнего мальчишку не очень-то слушали, кроме того, я лицо заинтересованное. Чтоб им пусто было. Отец протянул в заключение четыре года. На нашей последней встрече, когда уже не вставал, а его арендованные ноги забрали за ненадобностью, сказал, чтобы я не тратил жизнь понапрасну, чтобы учился, был упорным и добивался целей. Чтобы при случае смог нанять себе или своим близким хорошего адвоката, чтобы использовал, если что, не прокатные или бэушные ходули, потрепанные, скрипучие, со следами и запахом прежнего пользователя, а мог купить лучшие биопротезы. Два дня спустя мне передали капсулу с его прахом. Я старался, рвался, как мог. Очень он меня тогда напугал. Я не заводил семьи, боялся, что не смогу нанять адвоката и еще не накопил денег на хороший имплантат. Так вот.