Кажется, я бесповоротно влюбилась.
***
Всю ночь мне снились яркие, насыщенные, эмоциональные приключения, которых хватило бы на трехчасовой фильм: там были зомби, и вампиры, и еще какая-то нечисть; мы с Лео и Мэг спасались на мотоциклах, прятались в подворотнях, искали припасы и оружие. Было очень много движухи! Помню, Колин тоже был зомби, и Лео отсек ему голову мечом. Весь в черной коже, с красным блеском в глазах, он был чертовски сексуален…
Но вовсе не этот калейдоскоп видений сделал ночь незабываемой.
Очнувшись засветло, я лениво открываю глаза. Смутно вижу край кровати, сбившуюся простыню и кусок стены. Хочу потянуться за телефоном и посмотреть время, но не могу двинуть рукой. «Не до конца проснулась, наверное», — мелькает в голове. Я несколько раз с усилием моргаю и вновь пытаюсь шевельнуть пальцами. Ногой. Головой. Хоть чем-нибудь.
Но тело не слушается — лежит ничком, словно марионетка с оборванными нитями, жесткое и безвольное. Осознание этого порождает панику, за которой следует невыносимая тяжесть, будто я окаменела и не выдерживаю собственного веса. Становится трудно дышать — я пытаюсь хватить ртом побольше воздуха, но дыхание также не поддается контролю, оставаясь медленным и неглубоким. Чувствую себя абсолютно беспомощной… Хочется плакать, вопить, но ни единый звук не выходит из горла!
Каким бы зловещим ни казалось наваждение, крошечный проблеск здравого смысла велит не поддаваться страху. «Паника сделает хуже… надо успокоиться! Подумать о чем-нибудь приятном — может, отпустит?»
Я закрываю глаза и пытаюсь забыть, что придавлена к кровати неведомой силой. Нет. Я лежу на покрывале, расстеленном в центре ароматного луга. Мне тринадцать лет, мы с папой выбрались на долгожданный пикник, и я задремала под стрекот насекомых… Теплое воспоминание усмиряет эмоции, помогает выровнять сердцебиение, хоть я по-прежнему не могу шевельнуть и пальцем.
Стоит успокоиться, как резкий звук выдергивает меня из фантазии.
«Берта?»
Мурашки бегут по занемелой спине. Вот снова… Будто половицы скрипят от крадущихся шагов.
«Но у нас же ламинат!»
Ламинат или нет, а шаги становятся все отчетливей, все ближе. Хоть бы голову повернуть! Бесполезно. Все, что я могу — бессильно ждать, что будет дальше…
Не вижу, но чувствую, как кто-то нависает надо мной, как матрас продавливается под его коленом. Отчетливо слышу, как он втягивает воздух носом и выпускает дрожащими губами. Паника снова вступает в права — я напрягаю все душевные силы, чтоб не позволить ей разрастись. Тем временем неизвестный проводит пальцами сверху вниз по моей спине, издевательски медленно запускает их под футболку, скользит вдоль позвоночника, затем под лопаткой. Протискивает ладонь между матрасом и моей правой грудью… До боли сжимает ее, возбужденно хрипя мне в ухо. Я зажмуриваюсь и молю всех богов, чтобы это прекратилось!
«…Молитва? Может, это выход? Тут явно творится какая-то бесовщина!»
Горячее и мокрое на шее — неизвестный щекочет ее языком. Легкий укус провоцирует дрожь, которая тут же опускается в живот. Пока я пытаюсь вспомнить слова хоть какой-то молитвы, чужак прилегает ко мне всем телом — я начинаю задыхаться!
«Боже!.. пожалуйста…» — Как ни стараюсь, молитва не складывается. Мысли становятся беспорядочными, а тело, несмотря на страх и удушье, предательски горячеет, требуя продолжения изощренного кошмара.
Ни с того ни с сего оковы спадают — я судорожно вдыхаю, подпрыгиваю и, потеряв равновесие, падаю с кровати. Боль от удара возвращает меня в действительность: за окном занимается рассвет, хотя секунду назад была ночь, а в комнате, само собой, нет посторонних.
— Славатехоспади!.. — выдыхаю я, облегченно растягиваясь на прохладном полу.
***
— Никогда о таком не слышала…
— Сонный паралич — довольно известное явление.
— А… с тобой такое бывало?
— Пару раз. Жутко, конечно, но не опасно — помни об этом, и страх уйдет.
Я вздыхаю и откусываю от сэндвича с индейкой. Мне не хотелось рассказывать о ночном происшествии, настолько неприятным оно казалось даже спустя много часов, однако Лео разглядел неумело скрытое беспокойство и настоял, чтоб я с ним поделилась.
Зачесав назад волосы, он продолжает разъяснять:
— Дело в том, что в фазе быстрого сна мозг блокирует мышечную активность. Случается так, что ты приходишь в сознание, прежде чем этот эффект спадает, и тело остается «выключенным» до полного пробуждения. А из-за того, что мозг находится в полусне, могут возникать видения, которые кажутся более реальными, чем обычные сны. В прошлом такие «приступы» конечно же мистифицировали и связывали с деятельностью темных сил.