«Наверное, он только после репетиции», — предполагаю я и безразлично прощаюсь с двумя коллегами, вышедшими вслед за мной на улицу:
— Пока, ребят, до понедельника.
Как обычно эффектный и одетый с иголочки, Зегал улыбается, открывает мне дверь и галантно подает руку, не забыв, конечно, поцеловать мои пальцы. Пару дней назад я лопнула бы от гордости, если б кто из моих знакомых застал такую сцену, но сегодня…
«Какая на фиг разница?» — тихо вздыхаю, защелкивая ремень безопасности.
Машина трогается, но на ближайшей развилке сворачивает в противоположную от нашего района сторону. Слегка заторможенная, я отслоняюсь от спинки сидения и несколько секунд гляжу в окно.
— Э-э-э… Мы разве не домой?
— Незадолго до того, как мы съехались, я решил, что не стоит полагаться на одно лишь полнолуние, — для погружения в память Аннет мы направимся в место силы.
Вот теперь я удивляюсь по-настоящему.
— То есть, как? Уже? Вот так сразу?..
— Хотела порезвиться напоследок? — усмехается демон. — А я предлагал отпроситься с работы.
— Не столько сама хотела, — мрачно подчеркиваю я, — сколько думала, что ты захочешь.
— Ты знаешь, моя прелесть, я никогда не против. — Пользуясь остановкой на светофоре, он гладит меня по обтянутому джинсой колену. — Но для пользы дела нам лучше поберечь твои силы.
Я фыркаю.
— Необязательно каждый раз трахать меня до полусознательного состояния, знаешь ли.
— То есть как это… необязательно? — Повернув ко мне лицо, он так натурально отыгрывает недоумение и растерянность, что я невольно прыскаю. Атмосфера в салоне немного теплеет.
Вечер субботы. Поздние летние сумерки опустились на запестревший неоном Сильверфорд, что не заснет до самого утра, — пульс его медленно ускоряется, становится танцевально-ритмичным. И пускай я до мозга костей житель пригорода, мне всегда нравилось курсировать по венам вечернего города — ненадолго вливаться в этот темп под защитой металлического кузова, но не растворяться в нем целиком.
Проезжая магазины, рестораны и клубы, я ловлю себя на слегка досадной и оттого нелепой мысли, что после концерта мы с Зегалом ни разу не проводили время вне квартиры. Причина этого ясна и примитивна: в спальне нам было куда интересней, чем было бы где-то еще, к тому же блюда, которыми он меня потчевал, едва ли уступают ресторанным. Больше всего мне понравилась яичная паста в сливочном соусе — с красной икрой, нежным лососем и брокколи. Кажется, я в жизни не ела ничего вкуснее!
Воспоминание о роскошном угощении, конечно же поданном с бутылкой вина, вдруг наводит меня на вопрос, которым я прежде не задавалась, принимая все связанное с демоном как данность.
— Ммм… Зегал?
— Да, ненаглядная?
— Я вдруг задумалась: а откуда у вас с Лео водятся деньги? Живете вы совсем неплохо, но группа еще только раскручивается — вряд ли приносит много. Наследство?
Он кивает.
— У отца нашего друга была фирма по производству оконных рам и входных дверей, к слову, принявшая участие в строительстве комплекса, где мы обретаемся. После его смерти Лео получил недурное наследство, включая ценные бумаги. Думаю, ты достаточно хорошо его знаешь и догадываешься, что никуда он эти деньги вкладывать не стал, — разве что оборудование для группы купил, — о таких сложных и ответственных вещах ему даже думать не хочется. Впрочем, с достаточно скромным укладом, к которому он привык, Лео сможет прожить как рантье лет двадцать, а то и больше. Так что ему с его финансовой безграмотностью — или как он сам сказал бы: «Да мне похрен вообще!» — немало повезло урвать такой куш.
К циничным представлениям демона я уже привыкла и на последнюю реплику не отвечаю, только неодобрительно морщусь и снова поворачиваюсь к окну. Кажется, мы миновали центр и движемся куда-то в сторону восточного округа.
— Долго ехать-то? — спрашиваю я, провожая взглядом застывшее вдалеке чертово колесо.
— Минут тридцать. Это между спальным и промышленным районом недалеко от окраины.
Не без труда вообразив примерную схему города, я с опаской поворачиваюсь к демону.
— Слушай, я точно не знаю, но там, кажется, что-то типа гетто… Ты уверен, что стоит ехать именно туда?
— Не бойся, со мной тебе ничего не грозит.
— Я знаю, но… что это за место вообще?
— Увидишь, — лукаво улыбается он.
Облизнув губы, я нерешительно добавляю:
— Может, хотя бы утра дождемся? Полнолуние остается полнолунием, даже если луны не видно, ведь так?