- Предельно.
- Вы не имеете права покидать замок без моего сопровождения.
- Имперское расследование?
- Оно самое. И лучше вам серьезно подумать, как объяснить все эти ваши... святые чудеса.
Эмиссар коротко поклонился и покинул комнату, ступая тяжело и слегка припадая на левую ногу. То ли просто натер чужими сапогами, то ли сустав перетрудил. Можно было помочь, но... дурное это дело лезть к тому, кто не просит о помощи.
Едва дверь закрылась, в полутьме кабинета, в широком кресле, которое стояло далеко от огня, произошло движение:
- Мне послышалось, или эта... паркетная фигура, действительно, распорядилась нами, как мальчишками, которые только покинули класс?
Беда был не на шутку удивлен.
- Безопасность Империи. - серьезно ответил герцог. - Псы на службе Рамера. Туда подбирают только тех, кто не умеет благоговеть, вообще - и может надеть кандалы на кого угодно, не взирая на чины, лица и прошлые заслуги. На своем месте Кавенди хорош...
- Да? И что нам делать с этим хорошим? Притравить по-тихому, пусть поносом помается. Или просто уснет... на пару суток.
- А потом скажем, что свежий горный воздух так на него подействовал? - Эшери рассмеялся, - Звучит соблазнительно, но - нет. Он слишком умен, чтобы проглотить такое и не поперхнуться. И это наше преимущество.
- Как его ум может быть нашим преимуществом?
- Кавенди подозрителен. Он везде ищет второе дно, а, найдя его, не успокаивается, а немедленно начинает искать третье. Пусть ищет. Пока он занят играми разума, мы с тобой расколем этот орешек. По-простому, клещами. Иногда простой путь - самый верный.
Эшери еще раз погладил собаку. Арги и ухом не повел, даже когда хозяин с сожалением посмотрел на пустую чашку, встал - и аккуратно повернул ручку, открывающую створку окна.
Комната немедленно наполнилась даже не шумом - гулом падающей с неба воды, запахом мокрой земли и прелых листьев и тонким ароматом морской соли с пикантной ноткой гниющих водорослей.
- Может быть, подождешь до ночи, чтобы дождь хоть немного притих?
- Кавенди так и сделает. Он предсказуем.
- А ты, значит, весь из себя такой внезапный. Девушка-то хоть знает, что у нее сегодня свидание?
- Зачем ей об этом знать? - удивился Монтрез, - и, кстати, это не свидание.
- Верю, верю... - Беда покачал головой и заглянул в чайник. Там оставалось еще, как минимум, на одну полную чашку. - Удачи. Я тебя прикрою.
Эшери кивнул и, подобно призраку, исчез за окном. Подождав четверть клепсидры, Беда прикрыл створку, но запирать не стал.
На глухой, но отчего-то очень отчетливый стук в дверь отозвался недовольный голос. Женский.
- Кого демоны носят по такой сволочной погодке? Скажи им, чтобы несли обратно, мне до Бездны, что у вас за дело...
- Мне двери вышибить? Или сразу весь ваш дворец по камешку разметать и сложить заново в виде мавзолея? - вопреки смыслу голос был ровным и угрозы в нем не чувствовалось, только искренний интерес. Словно тот, кто стоял за дверью, и впрямь не сердился, а желал знать мнение уважаемых хозяев. Это ввело дурную девку в заблуждение и она, с широкой улыбкой, нагло предложила:
- А, валяй, крабий ужин. А то хвалиться, так все жеребцы, а как дойдет до дела, так и мерина поищешь...
Договорить она не успела. Тяжелая, плотная дверь из редкого черного дуба на мгновение вспыхнула, обдав ее жаром и осела на порог кучкой пепла.
- Э-э-э... - протянула молодая девица, тощая, растрепанная и кое как прикрытая то ли в маленьким одеялом, то ли в большим полотенцем. Но тут же опомнилась и заверещала, - Пеше, спасайся, демон из Ада вылез!
Герцог Монтрез склонил голову. Не приветствуя высокочтимую хозяйку, а просто - на плечо, борясь с неуместным приступом веселья. Приветствий девица не заслужила, во-первых, потому что хозяйкой не была, а во-вторых, потому что искренне считала, что торчавшие во все стороны мослы заменяют и ум, и учтивость.
Старый висельник появился - такое ощущение, во второй части того же полотенца. Он, в отличие от своей пассии, сразу просек, в чем дело. Оттого и поспешил, без штанов - но зато с введенным арбалетом.
Последнее, нужно думать, в глазах разбойника называлось: "Оказать высокую честь дорогому гостю".
- Милорд! Какая честь для моего скромного дома. А про дверь вы не думайте, я ее все равно хотел на днях заменить, скрипеть стала, зараза...
- Радикально, - уважительно кивнул Эшери. Зеленые глаза смеялись, - А петли смазать - религия не позволяет?
- Милорд? - встряла лохматая нахалка, - что это за собачья кличка? И почему ты так лебезишь перед этим красавчиком, ты же говорил, что старший над всеми ворами Монтреза? Соврал? Выходит, он - главнее?