- Странная просьба, - чтобы не выдать себя, Янек уставился на носки собственных сапог, острые и, видит Небо, начищенные безупречно. - У вас наверняка остались какие-нибудь вещи вашего человека. Поиск может провести любой воздушник, у этих ребят хорошо выходит. И берут они не дорого. Во всяком случае, вы точно будете знать, жив он или нет.
- Он мертв, - раздражение прорвалось в голосе Грифа, - это мне известно. Я обращался к трем магам воздуха. И все трое сказали одно: умер неделю назад.
- Что же вы хотите от меня?
- Подробностей, - рыкнул Гриф. - Где умер, как умер, где тело. Кто его убил, в конце концов... Воздушники этого не скажут. А ваш амулет... я видел его возможности и это то, что мне нужно. Я заплачу.
Как называется то сложное положение в "ста клетках", когда любой ход ведет к проигрышу, и можно только оттягивать его, в надежде, что вторая сторона сделает ошибку? "Путь Колдуна".
- Что вам нужно? Вещи? Кровь? Волосы?
- У вас все это есть? - поразился Янек.
- В обязательном порядке, - подтвердил Гриф, - на всякий случай. Типа этого. Я распоряжусь принести все.
Влип? Однозначно, влип. Вопрос лишь в том, кто из них: Янек или все-таки сам "падальщик". До того, как шулер ступил на надраенную палубу "Дельфина", ответ был только один. Но капитан сумел его удивить. Не часто среди разбойников встречалась такая предусмотрительность.
- Для начала мне нужно его имя, - вздохнул Янек, - и я ничего не гарантирую. Амулет работает немного по-другому, он создан для дознаний. Если бы этот ваш человек был здесь...
- Если бы он был здесь, на кой демон мне бы понадобились вы? - удивился Гриф, - я и сам бы вытянул из него все, что нужно. Мелко наколотые щепки обычно недооценивают... А простая веревка с узлами может побольше иного менталиста. Пропавшего зовут Шедди Хан. Прозвище - Два Ножа. Если вы сумеете восстановить картину его смерти, я удвою обещанную награду.
Янек повеселел. Пропадать - так с жемчугом!
Храм служил прообразом алтарного камня, на котором, некогда, Шестеро сначала заключили, а потом разорвали Договор - и то и другое подносилось жрецами как доблесть. Традиционно его и строили либо круглым, либо шестиугольным, под одним круглым куполом, символизирующим Небесный Свод.
В Монтрезе и со Святым Домом все было не так, как у людей. Кавенди привычно искал глазами величественное здание, высокое и округлое, словно парящее над суетным миром, прекрасное и гармоничное в своей симметричной завершенности... И не сразу понял, что нелепое строение с мощным фундаментом и кучей горизонтальных и вертикальных связей, перемычек и укосин - и есть обитель Святых Древних.
Внутри оказалось еще страньше: длинный зал, зачем-то снабженный окнами, которые нагло заняли места фресок. Алтарный камень не в середине, а ближе к краю, за рядами скамеек, там же и священная чаша. Откуда-то появилась солея - вот уж ересь, ибо сказано: "Возвышает лишь вера". И, главное, скамейки. Вкупе с солеей они выглядели не просто неуместными, а почти хулой на Храм. То есть почтенный Жрец будет стоять и распинаться перед этими неумытыми бездельниками, а они будут сидеть. Как в балагане, прости Небо!
Эмиссар смотрел на спешащего к нему по проходу человека, облаченного в жреческую хламиду с двойственным чувством: почтения и недоумения. Как Святой человек согласился служить в таком безобразном подобии храма?
Благословение он принял без света в сердце. Жрец это почувствовал.
- Вас что-то тревожит, сын Неба? - спросил он.
- А вас, по-видимому, нет? - съязвил Кавенди. - Неужели нельзя было выстроить храм по канону, чтобы люди не путали его с харчевней?
- Это Монтрез. Здесь иногда трясет, не говоря об ураганах. Храм, выстроенный по канону, был разрушен тридцать лет назад, и дед нынешнего герцога распорядился "не выеживаться, а строить, как положено на юге". - Жрец развел руками. - Природа диктует свои правила, а мы, "облекаясь в кротость, как в царскую мантию" учимся мириться с ее причудами.
- Я рассчитывал на связь с Аверсумом, - эмиссар натянуто улыбнулся, надеясь сгладить грубость и бестактность.
Напрасные надежды и бесполезные попытки. Жрец даже не заметил ни того, что его перебили, ни того, что столичный чиновник усомнился в богатстве его прихода.
- Это можно, - кивнул он, - связь со столицей у нас хорошая, Его Светлость, храни его Небо, обеспечил нас почтовым зеркалом. Вам нужен зеркальщик?
- Увы, - Кавенди едва заметно поморщился, собственная бездарность все еще задевала. Не смотря на успешную карьеру.