— Получается, повторить их могут не просто пробуждённые там же. Желательно, чтобы они были кровными родственниками. — Понял я особенность.
Вот теперь понятно, почему пробуждённых на одном источнике считают чуть не кровными родственниками. Потому что обычно это так и есть.
— Точно! — Я заработал ещё один пинок, видимо, в качестве поощрения за сообразительность. — Чем меньше крови в потомке, тем слабее действуют старые наработки. И тем медленнее развивается этот потомок. Семьи, не занимающиеся корректировкой основных печатей, а лениво сидящие на своих «секретных» техниках, просто вырождаются! Кроме высших семей, сейчас по пальцам одной руки можно пересчитать тех, кто достиг Витязя. Нынешние Князья все командуют родами, а раньше командовали небольшой группой воинов. Пробуждённые вырождаются!
Вот это он разошёлся. Поймал любимую тему и шпарит, как по написанному.
— Высшие семьи и самоучки достигают неимоверных высот. — Продолжал вещать Сан Саныч. — Среди них есть и те, кто погибает, зато остальные за счёт неудачных экспериментов поднимаются ввысь! Понял, ленивый жирдяй? Вот почему так много третьих уровней вне родов, там всё идёт на усиление тела, это может и простой Воин освоить. Но потому мало четвёртых и выше, потому что там нужны систематические тренировки с техниками и печатями, и их постоянной корректировкой под конкретного человека. Опасной для жизни корректировкой! Вот потому все Сверхи и Суперы либо самоучки, либо гении. Дух не любит лентяев!
— Понял. — Когда-то у меня была мысль, что в этом мире нет крутых магов-самоучек. Оказывается, тут только такие и есть! — У высших семей всё по-другому?
— Как развивают дух высшие, никто не знает. Не лезь к ним, целее будешь. Понял? — Скривился тренер. Он дождался моего кивка и продолжил. — Раз понял, бегом переоделся и начал тренировку! — От пинка я, для разнообразия, увернулся, убрав ногу. Сан Саныч не обиделся, а поощрительно улыбнулся.
Оказывается, улыбка тренера означала то, что моя трасса поменялась. После обычного таскания тяжестей при постоянном увеличении нагрузки, меня как всегда усадили за руль.
— Опасность тут больше, согласен. — Не удивил он меня своим комментарием. Я уже понял, что должен осознавать опасность. — Зато научишься быстрее реагировать и думать. Тут же как: зазевался — улетел с байка. Улетел — смотри, куда летишь, соображай! Защита поможет от ушибов, без него тебя насквозь проткнёт какая-нибудь железка. — Сан Саныч постучал костяшками по моему панцирю, который мне уже стал велик. Прав был Андрей, я действительно сильно похудел. — Ты защищен, так что, помрёшь только от того, что твои внутренние органы превратятся в коктейль. Радуйся! — Меня подбодрили шлепком ладони по спине.
Силы удара я не почувствовал, спасибо панцирю и духовной защите, но с байка чуть не слетел. У тренера была тяжёлая рука!
Наверное, где-то глубоко в душе я боялся. Но больше было похоже на то, что я стал каким-то фаталистом. Чему быть, того не миновать. Слишком уж много вариантов, что я вообще не доживу до конца года.
Новая для меня трасса включала в себя несколько горок, на которые залетали сходу. Полёт был не таким и высоким, но это казалось со стороны. Когда я на первом круге взлетел, то через секунду понял, что мотоцикл куда-то делся из-под меня! Руль был где-то в стороне, а я летел от него совершенно отдельно.
Перед глазами сверкнуло, в голове застучала кровь. Потянувшись к байку, почувствовал свои руки на руле, дёрнул на себя, и снова потерял руль. Только начал паниковать, как обнаружил, что байк ровненько подо мной. Ухватился за рукоятки, и через мгновение уже входил на компенсирующий спуск.
Второй круг уже крепко держал руль, и ситуация не повторилась, хотя подспудно я её ожидал. А третий круг вообще прошёл на полном автомате, словно телом управляло подсознание. Мне даже понравилось ощущение полёта!
Сразу на финише съехал на обочину. Только попробовав встать с сиденья, понял, что все силы оставил на трассе. В этот момент быстрым шагом подошёл тренер. Он внимательно смотрел на меня, но ничего не говорил. Только поэтому до меня дошло, что он сошёл со своего обычного места, чтобы подойти. На моём веку это было в первый раз!
— Тренер, что-то случилось? — С тревогой спросил я.