Анна не понимала, зачем ей это нужно, но когда отделение погрузилось в тишину, она постучалась в дверь к тете Вере. Это была полная седая женщина, словно сошедшая со старинной фотографии. Она работала, чтобы помочь внуку собрать на квартиру.
— А, пришла? Садись и дай свою руку, – тетя Вера долго рассматривала узкую ладонь, потом вздохнула и изрекла: – Молода ты, а жизнь прожила трудную, словно каторжник. Две девочки у тебя. Лицом одинаковые, а внутри – как лед и пламень. Первая будет главной, хитрая, как лисица. Вторая – тень, идущая за ней по пятам. А о том, кто уехал, забудь. Он – не твоя судьба. Свою половинку встретишь, но не скоро.
— Откуда вы это знаете? – прошептала Анна. Тетя Вера хмыкнула.
— Не ведаю… Свыше дано. Думаешь, поэты сами стихи пишут? Ошибаешься! Тогда бы их пруд пруди развелось… Слова сами приходят, только успевай записывать! Так и ко мне… И убери деньги.
Анна вернулась в палату и долго смотрела на своих малышек, понимая, что с их появлением жизнь изменилась навсегда. Прошлое осталось за спиной, словно сон. Она так и не придумала имена своим девочкам. Но отчество и фамилия были известны… Они будут Ивановны. А Ванечка Петровский, которому повезло найти отца, пусть живет спокойно там, за границей. Он заслужил свое счастье. Каждый его заслуживает. С этими мыслями Анна уснула. И снилось ей, что Ваня бежит за ней и кричит: "Это и мои дети! Я имею право!"
Вздрогнув, Анна проснулась и решила, что никто и никогда не узнает, кто отец ее детей. Ни к чему это.
Наступила новая глава ее жизни.
Продолжение
Глава 7. Когда дует ветер перемен
В тот самый момент, когда появились на свет малышки, для Анны наступила новая жизнь. И не стало ничего более важного, чем эти две маленькие крошки. И все, чего она боялась, стало естественным. И уже через день Анютке казалось, что так было всегда. И она уже не понимала, как же жила раньше без них.
Между тем приближался день выписки. Девочки были здоровенькими, хорошо ели и спали.
И Циля Наумовна за эти пять дней развернула в квартире №13 бурную деятельность. Был куплен холодильник на оставленные Анной деньги. Для него нашлось место в самом углу комнаты. Люся с Василием привезли из гаража две кроватки, которые поставили под стеной. Стало немного тесновато, но жить было можно. Приобрели также множество вещей, необходимых для детей. И теперь комната, сверкая чистотой и уютом, ждала своих хозяек.
Все изъявили желание поехать встречать пополнившееся семейство Фиалок, но Циля Наумовна запретила: "Ждите дома". А Василий был рад, потому что это ему выпала честь привезти новорожденных домой. И еще прибежала, запыхавшись, Даша с огромным букетом и сумкой с детскими вещами, оставшимися после выросших племянников, и разноцветными шариками.
Жители коммуналки с волнением ждали, когда же приедут. Людмила Голдобина из пятой комнаты по этому поводу отпросилась с работы. Соньку заставили нарядиться в чистую одежду, а ее сожителя Жорика побриться и помыться. Иван Серафимович, волнуясь, ходил по комнате, постукивая палочкой. По этому случаю он нарядился в костюм, белую рубашку и галстук.
В этом событии приняла участие даже пара, заселившаяся три дня назад в комнату №2. Это были Нина Анатольевна и Игорь Юрьевич Степашины. Оба учителЯ. Работали в школе. Нина Анатольевна преподавала английский, а Игорь Юрьевич — историю. Но жизнь так повернулась, что при маленькой учительской зарплате, они не могли помочь женившемуся сыну в приобретении жилплощади. Поэтому просто продали свою двухкомнатную квартиру и купили сыночку однушку, а им самим осталось только на коммуналку. Их, конечно, отговаривали знакомые от этого поступка, но это было их взвешенное решение.
Студенткам из шестой было не до этого важного события. Они сдавали экзамены. И собирались съезжать.
Анна не ожидала такой теплой встречи. И именно в этот момент она поняла, что ее здесь приняли, как свою. Она стояла в растерянности на пороге квартиры, выслушивая поздравления и пожелания. Слезы счастья текли по щекам. А Циля Наумовна и Даша, как драгоценную ношу, внесли в комнату два свертка, завязанные одинаковыми розовыми ленточками.
Малышек положили на диван и развернули.
— Видишь, Васенька, ты ошибся. Это девочки... — толкнула в бок мужа Людмила.
— Да. Здесь я не угадал. Но уверен, что в этот раз у нас опять будет...
— Вася, замолчи, — Людмила покраснела. И все, кто только что смотрел на малышек, повернули головы в их сторону.
— И как вы это делаете, молодые люди? Здесь же такая слышимость... — спросила, улыбаясь Циля Наумовна.
— А это уже не ваше дело. Да, у нас трое. И что? Все одеты, обуты, не голодные. Мы детей любим, — пытался оправдаться Василий.