Я кивнул. Его слова успокоили меня, придали уверенности. Я поднялся на ноги и уже было направился за мужиком обратно к нашим саням. Но вспомнил про камень. Вернулся и приложил к нему ладонь. Он тут же осыпался песком на окровавленный снег.
— А ты и вправду чудеса творить умеешь! — усмехнулся старик.
— Умею! — подтвердил я.
— Ну, значит, и тело своё найти сумеешь, и Илью вернуть…
Мне вдруг стало стыдно перед ним за то, что я врал. Я не заметил, как привязался к ним всем, и теперь не знал, как сказать о том, что их Илья мёртв.
На душе было тяжело и темно. Я впервые остро ощутил необходимость найти мое, как можно скорее. Чтобы больше не чувствовать этой боли, разрывавшей моё сердце.
Глава 14 «Неожиданный спутник»
Я был твёрдо намерен ни в коем случае не покидать Москву. Однако встревоженный барон Багговут, лично явившийся в моё поместье, чтобы проследить за моим своевременным отбытием, настойчиво объяснил: от подобных приглашений венценосных особ отказаться невозможно.
Так как к своему великому сожалению я угодил в тело высокопоставленного служителя Ордена Дня, которое ещё и каким-то нелепым образом оказалось втянутым в дуэль, как раз перед тем как моя душа решила в него вселиться. Поездка в Петербург становилась неизбежной.
Дуэли были строго запрещены, особенно для членов Орденов. Нарушение грозило штрафом, ссылкой, заключением, а в крайних случаях — казнью. К тому же Барон опасался, что странные события, сопровождавшие дуэль Воронцова и Лутковского, тоже могли дойти до императора.
К тому же Великий князь Николай временно исполнял обязанности главы Ордена Дня, пока его брат, государь-император, находился в длительном отъезде, и я обязан был явиться по первому его зову.
Качаясь в экипаже, я размышлял: может ли Великий князь Николай разглядеть во мне силу? Ведь он сам не был её носителем и не станет, пока его брат жив. А что он сделает, если поймёт, что я не Илья? И что мне делать с ним в таком случае? Меньше всего мне хотелось сейчас вмешиваться в любой конфликт со смертными. Поэтому я искренне наделся, что все пройдет гладко.
Мелькнула мысль: я мог бы сбежать. Но куда? И какой в этом смысл? Моё настоящее тело покоиться в окрестностях Москвы. А быть живым и богатым графом, несмотря ни на что, оказалось очень выгодно, особенно когда ищешь что-то вроде мёртвого тела. Главное — щедро оплачивать услуги и тогда никого не будет волновать, с какой целью ты выкапываешь трупы из замёрзшей земли.
В Петербург я отправился один, убедив Осипа перерыть всю Лисью поляну, если понадобиться, но найти моё тело до моего возвращения. Для этого пришлось соврать, сыграть на чувствах бедного старика, пообещав, что так он быстрее вернёт Илью. Мне было отвратительно, но руна конца могла заставить меня пойти и на большее.
Несмотря на попытки сохранить безразличие, предстоящая встреча с Николаем точила меня изнутри, словно червь, забравшийся в яблоко. Эта мысль, даже не осознанная до конца, неотступно омрачала всё вокруг.
И всё-таки человеком быть весьма неприятно.
К тому же это длинное и скучное путешествие в одиночестве оказалось настоящим испытанием не только для тела, но и для моего духа. Теперь я скучал по своему настоящему телу, как никогда раньше. Где же оно теперь?!
Мои братья боялись меня и поэтому усыпили – так гласила легенда. Но это же было просто смешно! Я никогда никому не угрожал – ни людям, ни богам. Да, я действительно был самым могущественным из братьев и, пожалуй, мог одолеть их всех, но мы никогда не мерялись силами – нам это было не нужно. Мы не смертные! Нам неведомы алчность, страдания и беды, которые обычно толкают людей на дурные поступки. Эта легенда казалась мне выдумкой с самого начала, но теперь я убеждался в этом всё больше и больше.
Однако… Я собственными глазами видел свою могилу, а на ней – руну конца. Пусть моего тела там и не оказалось, но я чувствовал: оно когда-то лежало именно там.
А значит, меня всё же заключили в эту могилу. Я вновь и вновь пытался вспомнить хоть что-нибудь, хотя бы один миг, пропавший из моей памяти. Ничего! Это приводило меня в тупую ярость.
Я пребывал в небытии столько лет – и даже не знал почему. А что, если и мои братья тоже лежат где-нибудь под землёй? – вдруг осенило меня. Нет! Этого не могло быть. На подобное были способны только сильные, только боги. Но ведь теперь и люди обладали силой богов.
Как наша сила оказалась в руках смертных? Этот вопрос мучил меня все сильнее.
Экипаж остановился, и в окошке появился извозчик.
— Постоялый двор, барин! — скомандовал он. — Сменим лошадей и немного отдохнём.