— Отлично! Расходимся! — заявил Воронцов, схватив пистолет из расписного ларца.
— Может, всё же отложим дуэль до утра?! — тихо, с надеждой спросил я его. — Вы оба пьяны! — Граф обернулся, я заглянул в его лицо, и на долю секунды его глаза стали необычайно трезвыми.
— Мне не впервой стреляться пьяным! — проговорил он заплетающимся языком и, шатаясь, направился к барьеру.
— Господа, это просто безумие, — попытался возразить я напоследок, но мои слова повисли в пустоте.
— Готовы? — громко спросил Рагузинский и начал отсчитывать шаги. — Раз... два... три... четыре... пять... шесть...
До меня доносились слабое потрескивание огня, скрип снега под ногами и редкие порывы ветра.
— Семь... восемь... девять... десять...
Воронцов повернулся и поднял пистолет. Его рука была тверда, но я заметил, что палец неестественно долго задерживается на курке. Он не спешил стрелять и, только отведя дуло слегка в сторону, выстрелил. Что он делает? — мелькнуло в голове. Пуля свистнула, едва не задев Карницкого, и угодила в дерево.
Дальше всё произошло слишком быстро. Раздался второй выстрел. У меня перехватило дыхание: пуля летела прямо в Воронцова. Я буквально ощутил, как воздух вокруг сгущается, а мне становится дурно.
Я поднял руку, и в ту же секунду всё вокруг застыло. Я был так зол на графа, что готов был убить его собственными руками. Я подошёл к повисшей в воздухе пуле и слегка перенаправил её, чтобы она угодила Воронцову в руку — он заслужил это позорное поражение за свою заносчивость. Затем я спешно вернулся на своё место и вновь махнул рукой.
Воронцов дёрнулся, вскрикнул и медленно опустил пистолет. На белой рубашке проступила кровь. Он внимательно осмотрел своё плечо, затем снег перед собой. Только теперь я заметил, что на свежем снегу остались мои следы. Он рассматривал их с любопытством.
— Как интересно, — тихо пробормотал граф, с трудом сдерживая усмешку. Теперь он казался совершенно трезвым. — Вы победили! — развёл он руки и безразлично проговорил, обращаясь к Карницкому, но смотрел при этом на меня. — До первой крови, как и договаривались! — продолжал он и, подняв окровавленный рукав, показал рану.
Карницкий довольно кивнул.
— Считайте, мы в расчёте! — сказал он, натягивая тулуп.
Воронцов твёрдой походкой подошёл ко мне, не сводя с меня своих хитрых глаз. Я накинул на него его шубу, он протянул мне пистолет, и я передал его Рагузинскому.
Этот чёртов хитрец провёл меня, обманул, как наивного ребёнка. Всё это было ради меня. Он намеренно втянул меня в дуэль, чтобы поймать с поличным.
— Ну что, «Илья», — прошептал он достаточно тихо, чтобы это услышал только я, — теперь-то я точно уверен: ритуал Баженова удался на славу! Старый прохвост! А я в него не верил! — Он продолжал восхищённо изучать меня взглядом.
Глава 19 «Откровение»
Сказать, что я был в бешенстве, — ничего не сказать. Чтобы не совершить очередную глупость, я молча развернулся и зашагал прочь.
— Разве можно так беспечно играть со своей жизнью? — выпалил я, всё ещё пытаясь сбежать. Мне нужно было побыть одному. Слишком много всего для моего смертного тела.
Я остановился. А что если Орден Ночи знает, где покоится моё тело? — вдруг осенило меня. Раз уж Воронцов затеял эту игру, то и ему не удастся выйти из неё без ответов. Что ж, сыграем! Он расскажет мне всё, всё, что знает. Я развернулся и пристально уставился на него.
— Для чего вы затеяли эту дуэль? А?
Он довольно усмехнулся.
— Чтобы заставить тебя действовать необдуманно!
Его честность обескуражила меня — я уже привык, что в смертном мире никто не говорит прямо.
— И зачем же вам это было нужно? — поинтересовался я, склонив голову на бок.
— Чтобы доказать, что ты не Илья!
Я рассмеялся настолько беззаботно, насколько мог. Но Воронцов оставался серьёзен.
— Это шутка? С чего вы это взяли?
— Илья умер той ночью! А потом ожил! Я видел! А ещё твои глаза!
Он говорил спокойно и задумчиво, а я вглядывался в его лицо, пытаясь понять, стоит ли продолжать этот разговор или разумнее будет сбежать.
— Вы несёте какой-то бред! — фыркнул я и направился прочь. Я был сыт по горло всем происходящим и хотел убраться отсюда как можно скорее. Хотя возможность найти своё тело соблазняла.
— Это не бред! — он поспешил за мной. — Ты хоть знаешь, как и почему ты здесь оказался?!