— Нет.
«Какого Илью убили? — тем временем размышляла Лариса. — Того? Или этого? А что, если речь идет об одном и том же человеке?»
Она вдруг осознала, чего ей всегда не хватало в мужчинах. Они были не похожи на Илью Шувалова! Бывший муж, бывший любовник и мизинца его не стоили. Правда, с Ренатом у Ильи больше общего.
— Мы с ним близки по духу…
— Что? — повернулся к ней Мушкетер. — Не понял. Вы о ком?
— Я?.. — очнулась Лариса. — О… Сазонове. Он увлекался историей этого края, я тоже… Мы так и не встретились, не успели поговорить…
— Да, жаль.
Призрак девушки из психомантеума маячил за лобовым стеклом, звал Ларису за собой. Он был таким плотным, что водитель заметил и притормозил:
— Какая-то фигура на проселке… вон, там… видите?
— Где? — Лариса притворилась, что вглядывается в темноту.
— Пропала уже… — с облегчением вздохнул Мушкетер. — Баба какая-то… черт, простите… женщина. Откуда ей тут взяться в эту пору?
— Обман зрения.
«Илья заплатил жизнью за мою ошибку! — прошептал призрак. — Не повтори ее!»
У Ларисы волосы зашевелились на голове от этих слов. О какой ошибке идет речь?
Глава 38
Денис Ченцов рассказал Ренату все, что знал. После посещения Вернера он запустил сюжет «Золотой Бабы» в работу, и вскоре игра была готова.
— Первой я показал игру своей девушке. Я всегда так делаю… с тех пор, как мы начали встречаться. Она не геймерша, но иногда дает толковые советы. Мы случайно познакомились на презентации одной компьютерной фирмы.
— Это произвело эффект разорвавшейся бомбы? — догадался Ренат.
— Я был в шоке от ее реакции. Не знал, что и думать. Честно говоря, я не сильно вникал в линию сюжета, а большинство героев считал вымышленными.
— Девушка заявила, что это не совсем так?
— Генерал Лукин… оказался ее дедом. Она пришла в ужас, кричала на меня, потом расплакалась… Я не мог ее успокоить! Она требовала, чтобы я свел ее с человеком, который придумал сюжет игры. Только тот не оставил никаких координат. Расплатился по счету и как в воду канул. Ира мне не поверила, и мы поссорились.
— Вы до сих пор в ссоре?
— Нет, конечно. Вскоре мы помирились, но наши отношения дали трещину. Всё из-за чертовой игры! Ира стала задумчивой, часто плакала. А потом призналась, что над ее семьей тяготеет злой рок. Так и сказала. Мол, ее бабка и мать — черные вдовы. Стоит им полюбить мужчину, и тот умирает. Генерал Лукин еще немало прожил, а отец Иры скончался от какой-то вирусной инфекции, когда она под стол пешком ходила.
— Твоя девушка знает, из-за чего это происходит?
— Бабка наотрез отказалась посвятить ее в свою тайну, мать встала на сторону генеральши. Они сказали, что оберегают Иру от опасности.
— Оберегают? — усмехнулся Ренат.
— Вот и я считаю, что они просто прячут головы в песок. Дескать, все неприятности в прошлом. А тут… эта игра.
— И ты решил действовать самостоятельно? На свой страх и риск?
— А как бы вы поступили на моем месте? — вскинулся Денис. — Сидели бы и ждали, пока гром грянет? Ира согласилась мне помогать, и мы взялись за дело.
— Вы начали разматывать клубочек с генерала Лукина?
— Это единственная надежная зацепка. Я залез в базу данных, узнал подробности его смерти… и вышел на солдат-срочников, которые в то время строили дачу в Песчаном. Их всех опрашивали по факту внезапной кончины Лукина, и я заинтересовался показаниями. Один из солдат проживал ближе всех…
— Курбатов? То бишь брат Онуфрий?
— Нетрудно догадаться, — процедил программист. — Я проверил адрес и убедился, что Курбатов жив. Остальное — технические моменты. Как вам уже известно, я нашел бывшего солдата в монастыре, что навело меня на размышления. Я начал следить за ним. Просто так, чтобы не сидеть без дела. Это было от случая к случаю.
— Тебе повезло, что я привез дочь Курбатова в обитель и засветил номер своей машины.
— Да. Я прятался в кустах и наблюдал за вами в бинокль… Как вы меня вычислили?
— Нюхом, — улыбнулся Ренат. — У меня тонкое обоняние.
— Шутите? — недоверчиво протянул парень. На его лице отражалась гамма чувств, от недоумения и растерянности до страха и злости. Он отводил глаза, кусал губы. Собеседник вызывал у него двоякое ощущение угрозы и надежды. Как будто они могли стать либо врагами, либо союзниками.