Она тоже выглядела не лучшим образом: измученная, с влажными после душа волосами, с лихорадочным румянцем на лице.
— Вы плохо себя чувствуете?
— Не обращайте внимания, Аркадий. Нашей беседе это не помешает.
На журнальном столике стояла тарелка с кусочками льда, которые начали таять. Перед приходом Засекина Лариса прикладывала лед к припухлости на голове, полученной в результате падения. Травма казалась пустяковой, но продолжала беспокоить.
— Я чем-то могу помочь? — смущенно заерзал Засекин. — Зачем вы меня вызвали в столь поздний час?
— Скажите правду, вашему прибору можно доверять?
— Разумеется. У меня патент международного образца…
— Я не об этом, — перебила Лариса. — Прибор что-нибудь зарегистрировал в доме Сазонова?
«Профессор» нервно поправил очки и выпалил:
— Не стану лукавить… показания были э-э… мягко говоря…
— Значит, ничего аномального там нет?
— В данный момент, пожалуй… ничего, выходящего за рамки нормы. Однако так было не всегда! В энергетическом поле дома явно прослеживаются… следы аномалии. Об этом свидетельствуют слабые всплески геопатогенной активности… Интересно, Сазонов не жаловался на полтергейст?
— Не жаловался. Я спрашивала у социальной работницы, которая его обслуживала. Он вел обычный образ жизни, замкнутый, в силу состояния здоровья.
— Возможно, он не хотел прослыть сумасшедшим…
— И оказаться в психушке? — подхватила Лариса.
— Ну да. Я бы его на месте помалкивал. Кто такая социальная работница? Посторонний человек, на которого нельзя положиться. Неизвестно, как она истолковала бы жалобы больного?
— Что же получается? После смерти Сазонова… полтергейст исчез вместе с ним?
— По логике вещей, так.
— У вас есть объяснение этому? Что говорит ваша наука?
Засекин смешно скривился и развел руками.
— Моя наука только учится говорить. Иногда мне кажется, что в моих исследованиях больше мистики, чем физики. А язык мистики сложно перевести на человеческий.
— Полтергейст как-то может быть связан с… золотом?
— Почти все здешние легенды связаны с золотом, — торжественно изрек «профессор». — Отсюда и повышенный интерес кладоискателей к нашим местам, и кровь. Много крови, Ларочка. Известно, что великие путешественники Пржевальский и Арсеньев искали тут Золотую Бабу чжурчженей, но не нашли. Кстати, по моей версии Пржевальский умер от отравления. Его кончину списали на простуду или тиф, а я уверен, что… этого человека убили.
— Из-за золота?
— Вероятнее всего, да.
Ученый отвел глаза, но Лариса успела заметить подозрительный блеск в его зрачках.
— У Пржевальского была карта кладов? — усмехнулась она. — И убийца ее похитил?
— Не исключено, — кивнул Засекин, забрасывая ногу на ногу. — Хотя… я бы не сводил всё к банальной меркантильности. Но в общем, скорее всего вы правы. Кстати, домом Сазонова интересуется одна барышня.
— Спорим, я ее знаю? Это социальная работница, которая обслуживала покойного. Ее зовут Ирина. Милейшая девушка.
— Ах, да, вы же знакомы!.. Сначала она попросила меня обследовать участок и все строения на нем, а потом… дала ключи от квартиры, чтобы я проверил зеркала на наличие призраков.
— В зеркалах живут фантомы?
— Это еще предстоит доказать. Пока что я регистрирую энергетические всплески и прочие признаки того, что люди называют полтергейстом.
— Вы обнаружили какие-нибудь подобные «признаки» в квартире Ирины?
— Нет, — признался Засекин. — Только следы.
Он не ожидал от Ларисы таких вопросов и удивлялся тому, что у него развязался язык. Разговор принимал нежелательный оборот, но Аркадий, вместо того чтобы сердиться, проникался необъяснимой симпатией к собеседнице. Его неравнодушие подкреплялось неуместным в данных обстоятельствах… сексуальным влечением. Он не испытывал ничего подобного с тех пор, как расстался со второй женой. Лариса возбуждала его! Он забыл об осторожности.
— Я не успел как следует обследовать квартиру, — добавил ученый. — Мне помешала девушка. Она застукала меня за работой, назвалась хозяйкой и пригрозила вызывать полицию. Я не хотел попасть в кутузку! Я… Бог мой! Я позже догадался. Ирина живет на съемной квартире, и та девушка — ее подруга. Они снимают квартиру на двоих. Почему было не предупредить меня, что…
— Ирина выбрала время, когда они обе на работе. Она не думала, что подруга посреди дня явится домой. Невозможно учесть всё! Идеальные преступления проваливаются из-за досадной мелочи.