– Это череп женщины времен Римской империи, – сказал ученый. – Я прошу вас его не трогать.
– Хотите знать, что ее убило? – спросила Харпер.
Ее голос прозвучал пугающе спокойно.
– Что? – Рази явно не понимал, что происходит, и не он один – Набила тоже была потрясена.
По спине Хоука пробежал холодок.
– Она получила заражение крови во время родов, – сказала Харпер, не сводя глаз с коричневого обломка черепа. – Ей исполнился двадцать один год. Ребенок был жив, по крайней мере, некоторое время.
– А теперь нам пора, – резко сказал Хоук. – Брат Харпер заболел, и нам нужно проверить, как он себя чувствует.
Они направились к лифту. Доктор Рази замыкал шествие, как будто хотел как можно скорее выпроводить их из музея. Все трое молчали, пока не оказались на улице, где на них обрушился шум города.
– Вы его напугали, – первой нарушила молчание Набила.
– Ему не следовало держать ее голову в своем кабинете, – ответила Харпер. – Если он не хочет знать про нее правду. Смотрите.
Доктор Рази поспешно выбежал из здания, помчался к белому «Фольксвагену Пассат», припаркованному рядом со входом, быстро открыл замок, забрался внутрь и уехал с территории музея.
– Не знаю, что про него и думать, – сказала Харпер.
Хоук кивнул.
– Аминь.
Набила высадила их около отеля, объяснив, что должна вернуться в участок, дабы закончить кое-какие дела, прежде чем сможет уйти домой. Хоук поблагодарил ее и сказал, что они встретятся завтра. К тому времени, как он попрощался с инспектором, Харпер уже исчезла, и Тай решил, что она отправилась проведать брата. И страшно удивился, когда женщина остановила его в роскошном вестибюле, прячась в тени колонны.
– Мистер Хоук, – позвала она его. – Одна из соседок Стефани ждет в баре. Думаю, вас. Послушайте, я хочу, чтобы вы потом зашли ко мне поговорить. Я кое-что нашла.
И она ушла.
Тай медленно направился к бару, посмотреть, правду ли она сказала.
Высокая Тина пыталась выглядеть уверенно в роскошном баре, но у нее не очень получалось. Помещение было отделано в стиле шикарной гостиной, с тарелочками на полках, над камином висела картина, повсюду стояли кресла с бархатной обивкой и столы из темного дерева, сверкали хрусталь и фарфор. Тина выглядела совсем юной и неуклюжей среди этого великолепия.
– Я уже думала, вы не вернетесь, – сказала она, когда Хоук подошел к ее столику. – Я здесь уже целый час. А выпивка стоит целое состояние.
– Прекрасное место, чтобы кого-то ждать, – ответил он, не собираясь извиняться за опоздание на встречу, которую не назначал.
– Вы ездили в музей?
Тина убрала каштановые волосы за уши, и Хоук обратил внимание на антикварные египетские серьги, которые не слишком подходили к остальному наряду. А еще он отметил, что она нервничает.
– Я только что оттуда.
– Вы разговаривали с Омаром?
– Естественно.
– У Стефани была хорошая работа.
– Вы использовали прошедшее время. Это же вы сказали, что она наверняка отправилась кататься на яхте с каким-то богатеем.
– Даже если Стеф вернулась бы сегодня, она не получила бы свою работу назад, – сказала Тина.
– Вы пришли, чтобы поговорить со мной?
Хоук хотел поскорее перейти к сути ее визита. День выдался длинным, он мечтал принять душ, поесть и отправиться спать.
И ему еще предстояло зайти к Харпер.
– Здорово поговорить с американцем – для разнообразия.
– Тина, я почти на тридцать лет старше вас. Чего вы на самом деле хотите?
Она прикусила губу.
– Вам не следует себя недооценивать. Вы привлекательный мужчина. Но у меня есть парень. И я пришла, чтобы поговорить о другом.
Хоук ждал.
– Вы знаете, что Стефани была еврейкой?
Он кивнул.
– И вам известно, что евреев здесь не особо жалуют. – Тина сказала это так, будто выдавала инсайдерскую информацию.
– Да, вот уже тысячу лет – так или иначе, – заметил он. – Это Ближний Восток.
– Мне вот какая мысль пришла в голову: что, если Стефани отправилась в синагогу, которая считается невероятно красивой, ту, которую закрыли? Илия – или что-то вроде того… Что, если она попыталась туда пробраться и ее поймали охранники?
– Тина, я не знаю, что заставило вас придумать такой сценарий. Судя по тому, что я слышал, Стефани не была религиозной. По крайней мере, ее семья не придерживается ортодоксальных традиций. Так что синагога Илия Хавани – последняя в списке мест, которые она решила бы посетить в Александрии.