И он мог сделать это при помощи своего ключа от «Мустанга».
Двигатель закашлялся и заворчал, возмущаясь слишком низкой температурой воздуха. Джеффри не стал выключать его, нажал на кнопку обогревателя, и в лицо ему ударил поток холодного воздуха.
Что теперь?
Он откинулся на спинку, обдумывая разные варианты дальнейших действий. С мальчишкой из отеля следовало поговорить еще раз, но не сейчас – прошло еще слишком мало времени. Его вранье должно созреть у него внутри, точно нарыв или ржавчина, разъедающая металл.
Коринна находилась в похоронном бюро, но Джеффри сомневался, что ему удастся узнать что-нибудь полезное у охваченной горем матери; кроме того, он занялся расследованием, не получив благословения местных копов. А с точки зрения шефа Дюпри, желание помочь и помешать исполнению их обязанностей разделяла очень тонкая линия.
Дублет, живущий в горах, является очевидным подозреваемым – наркодилер, к тому же родственник жертвы, – однако Джеффри не собирался отправляться в удаленную от цивилизации дыру в одиночку.
Не говоря уже о том, что снег продолжал падать, образуя огромные сугробы, что для человека, живущего на юге, представлялось самой жуткой на свете вещью, которую может сотворить снег. Повсюду будут стоять брошенные машины, детей закроют по домам, в магазинах раскупят молоко, хлеб, керосин, туалетную бумагу и «Читос» – иными словами, все, что необходимо для нормальной жизни.
Водопад «Анна Руби» находился в получасе езды на машине и короткой прогулки пешком до Чатахучи-Нэшнл-Форест. Мальчишка из «Шлюсселя» сказал, что Дублет и его семья живут на Миллар-роуд. Второй трейлер справа. Американский флаг. Соседи Дублета наверняка то и дело поглядывают в окна. Вполне возможно, что они тоже замешаны в его семейном бизнесе или зарабатывают на том, что держатся в стороне. Крэк в этих местах штука новая. Люди, которых ты видишь в воскресенье в церкви, вполне могут торговать наркотой в понедельник.
Джеффри попытался включить дворники; в ответ моторчик жалобно застонал, не справляясь с таким огромным количеством снега. Толливер выключил двигатель и посмотрел на свой ключ, проверяя, не повредил ли его взломанный раньше замок, одновременно отметив про себя, что лицо его окутано паром от дыхания.
Часы на радиоприемнике показывали четыре часа одну минуту.
К заходу солнца дороги будут перекрыты, но не из-за снега, а потому, что даже когда очень холодно, днем всегда становится достаточно тепло, чтобы он начал таять, потом температура падает, все замерзает, начинается час пик, и люди, которые думают, что им предстоит возвращаться домой по заснеженным дорогам, обнаруживают, что приходится скользить по ледяной корке.
Размышления о снеге неожиданно навели Джеффри на новую мысль.
Он опустил руку вниз, нажал на кнопку замка багажника и выбрался наружу, дрожа, точно побитая собака, когда ветер с яростью принялся жалить его кожу. Ему пришлось прищуриться, почти закрыть глаза, когда он направился к задней части «Мустанга» и поднял крышку багажника.
Пистолеты по-прежнему лежали на месте, но там должно было быть больше одной упаковки кокаина. Иначе зачем столько сложностей?
– Дерьмо, – пробормотал он.
Ему не пришлось напрягать свои мыслительные способности, чтобы понять, что произошло. Шеф, в полном ужасе от убийства в его городе, необходимости сообщать о смерти родным, понимавший, какой это все нанесет удар по бюджету и репутации участка, помчался звонить по телефону, – но сначала приказал Полсону обеспечить сохранность машины. Тот закрепил вокруг нее желтую ленту, уверенный, что никто не осмелится ослушаться священных слов, которые являются законом для всех добропорядочных граждан, – НЕ ЗАХОДИТЬ. Затем он захлопал в свои великанские ладоши и отправился восвояси, счастливый тем, что великолепно справился со своей работой.
– Дерьмо, – повторил Джеффри.
Ему следовало позвонить сержанту А. Фуллер и сказать, чтобы та пришла сюда и забрала кокаин и пистолеты. Затем она сказала бы ему, что Алабама займет первое или второе место в этом году, в зависимости от того, как пойдут дела у «Флорида стейт», а он бы ее выслушал.
– И что у нас тут интересного?
Джеффри обернулся.
Вопрос задал мужчина с северным акцентом, который стоял, как коп, – ноги широко расставлены, плечи расслаблены. Рядом с ним замер напарник, немного моложе его, с «Глоком» в руке.
Для полицейского пользования.