Молли удивленно вскинула брови.
— Не думала, что вы одобряете танцы.
— Я методист, Молли, а не баптист. И я не вижу ничего плохого в том, чтобы предаться удовольствиям. С надлежащей скромностью, конечно. Да, я все еще ношу траур, но вы, моя дорогая, решительно дали мне понять, что давно уже не скорбите. Думаю, вечеринка даст вам возможность познакомиться с кем-нибудь из молодых людей вашего возраста.
Джейсон внимательно смотрел на племянницу. Приезд городских леди подал ему новую идею. Если ему не удалось установить за ней контроль и обуздать дикий нрав, то, возможно, подобную роль сможет сыграть муж? Молли нужен мужчина, который поставил бы ее на место, сделал бы ее матерью и хозяйкой дома, как и подобало приличной девушке.
Осуществить свою идею Джейсон решил с большой осторожностью. Избранником Молли должен стать кто-то, кем смог бы манипулировать Джейсон Фоули. Будущий муж должен заставить жену отказаться от затеи управлять ранчо, заставить ее продать землю. Если Молли выйдет замуж, он, Джейсон Фоули, кроме того, отделается наконец от искушения, которое становилось сильнее день ото дня.
Вечеринка в городе давала Джейсону прекрасный шанс начать свои поиски. Задача не из легких, но она того стоила. Джейсону необходимо удалить от себя грешную женщину.
Молли некоторое время обдумывала предложение дяди. Она не танцевала целую вечность — с того самого времени, как уехала из Чикаго. Но ее отец умер несколько месяцев назад, и она отказывалась подчиняться давлению общества. Если Джейсон Фоули хочет, чтобы она поехала на вечеринку, то с какой стати она должна отказывать себе в старомодном удовольствии?
— Думаю, вы правы, дядя. Наверное, хорошая идея вновь оказаться в обществе. Я буду рада сопровождать вас в город в субботу вечером.
Молли улыбнулась, слегка сбитая с толку удовлетворенной улыбкой, которую получила в ответ. В Джейсоне Фоули заключалось нечто такое, что заставляло Молли в каждом его действии видеть некий умысел. Девушка встряхнула головой, стараясь прогнать неизвестно откуда взявшееся ощущение, и продолжила есть необыкновенно вкусного цыпленка.
Суббота наступила как-то слишком быстро. Молли напряженно работала всю неделю и наверняка забыла бы о танцах, если бы дядя не напомнил ей о них в субботу утром. После его напоминания девушку охватило волнение.
Она рано закончила работу, искупалась, и с помощью Энджел причесала свои густые рыжие волосы. Уложив их мелкими завитками на макушке, Молли подколола волосы с боков жемчужными гребнями своей мамы и оставила их свободно струиться по спине. Девушка выбрала для вечеринки темно-голубое платье в тон своим голубым глазам и такого же цвета туфельки из мягкой кожи. Под платье Молли надела лучшую кружевную сорочку, корсет и нижние юбки. Впервые с момента своего возвращения на Запад она видела на себе подобный наряд. Она очень напряженно работала в последние несколько месяцев и теперь заслужила немного отдыха и развлечений.
Единственным недостатком субботнего вечера была двухчасовая поездка в город вместе с дядей. Молли вовсе не улыбалась перспектива провести с ним наедине столько времени. Всякий раз, когда они оставались один на один, он очень странно смотрел на нее и садился так близко, что Молли начинала испытывать беспокойство. Однако на вечеринке она могла встретить своих бывших школьных товарищей, которых не видела целую вечность, и эта встреча стоила скучного путешествия. Молли редко бывала в городе с момента своего возвращения в «Леди Джей». Она ездила туда за запасами продовольствия или оставляла на доске объявлений галантерейного магазина Левинзона записки о найме рабочих. Сегодня же ей действительно представился шанс повидать старых друзей.
Приехав на вечеринку, Молли выглядела немного усталой.
Во время поездки Джейсон сначала разговорился. Он рассказывал о своих планах на будущее и о церкви, которую собирался построить. Потом он замолчал и, как показалось Молли, погрузился в размышления. Девушка испытала облегчение, когда они приехали в Траки и направились в гостиницу.
Кардуэл-Хаус представлял собой двухэтажное кирпичное здание и располагался прямо напротив железнодорожной станции на Фронт-стрит. Сколько Молли себя помнила, танцы проводились каждую субботу в просторной столовой гостиницы. Одобренный несколькими церквами званый вечер — так здесь называли танцы — посещали наиболее важные и известные горожане.
Молли позволила дяде помочь ей выйти из экипажа, опасаясь, как бы ее юбки не запутались в деревянных ступеньках. Джейсон нехотя одобрил ее платье, заметив, однако, что оно слишком обнажало шею и плечи. Он упрямо не желал замечать мягких округлостей груди племянницы, которую модный вырез обнажал не меньше.