— Ой, да тебе волю дай, ты, пожалуй, и впрямь в одних панталонах поедешь, бесстыдница! — махнула на нее рукой Марья Сергеевна. — Вот я помру, можешь тогда хоть голышом расхаживать!
— Да я что? — потупила глаза Соня. — Уж и помечтать нельзя!
На этом Марья Сергеевна объявила, что удаляется спать и девицам того же желает.
— Ты, кузина, на матушку не сердись, — сказала Соня, когда они поднялись наверх, в ее новую комнату. — Она дама старого века и не понимает, зачем ты в армию идешь. А я вот отлично понимаю, и даже немножко завидую.
Комната была небольшая, но в ней было все, что могло ей понадобиться: платяной шкаф, комод, столик с зеркалом, книжные полки и кровать даже пошире той, на которой она спала в отцовской усадьбе. Для приучившей себя к спартанской обстановке Даши здесь было даже, пожалуй, слишком уютно.
В комнате стоял какой-то особенный аромат: должно быть, от сухих цветов, которыми были устланы полки в комоде против моли. А может быть, от духов Сони. Это был сладковатый, свежий, какой-то очень домашний запах. От него хотелось скорее сбросить дорожное платье, смеяться и болтать ногами в кровати, словно ребенок.
На покрывале был искусно вышит рыжий кот с довольной физиономией, словно только что полакомившийся сметаной. Должно быть, это было творение талантливой крепостной мастерицы.
Даша открыла внесенный слугой чемодан и стала доставать оттуда, во что переодеться на ночь.
— Что же ты понимаешь? — спросила она Соню, достав сиреневую ночную рубашку, под которой была связка привезенных ею книг.
— Ну, как это что? — Соня лукаво улыбнулась. — Придешь в полк, там офицеры — сплошь мужчины. Многие холостые, и есть очень хорошенькие. Поди, и полковой командир — тоже холостяк. И тут ты! В форме, стройная, глаза у тебя такие большие. Разве не станут они обращать внимание? Конечно, станут! И ладно еще в Маринбурге, где и других девушек много, а если вас в поход отправят? Там ты вообще будешь, как султанша в гареме! Сможешь что угодно с ними делать, и партию для замужества такую найдешь, какую на балах в Маринбурге так просто не сыщешь, потому что тут вон сколько конкуренток, а там ни одной не будет!
Соня снова улыбнулась и шутливо погрозила пальцем, а Даша смутилась. Об этой стороне своей будущей службы она как-то не думала. Сказать по правде, она почти что не заглядывала в будущее дальше того момента, когда прострелит голову Кириллу Стужеву. Может быть, не очень верила, что и это-то ей удастся, а если нет, то во всем дальнейшем и смысла никакого нет. Помнила она только, что отец советовал ей, когда все будет окончено благополучно, выходить поскорее замуж и желательно за простолюдина, но побогаче, купца какого-нибудь или неродовитого офицера. Тогда дети их смогут унаследовать фамилию Булавиных, и род их сможет продолжиться.
«Впрочем, — говорил он, — если приглянется тебе кто и из благородных, то выходи с богом и так».
— Нет, ты совсем неправильно мои намерения истолковала, — проговорила Даша, чувствуя, как краснеет еще сильнее. — Я служить хочу, потому что денег у нас мало, отец служить не может, Бори вот нет…
— Ужасно, — проговорила Соня. — Мы ведь с матушкой были на его похоронах-то… я ведь его почти не знала, но все равно плакала, а уж тебе, наверное, как тяжело было…
Она села рядом с Дашей и обняла ее. Даше в этот момент захотелось уткнуться в плечо кузине и расплакаться. Воспоминания о том, каким веселым и ласковым был Боря, как она любила представлять, что он, уехав служить, сделается там блестящим офицером, может быть, что и генералом, женится на красавице, а вышло вот что…
Но Даша сдержалась и плакать не стала. Она чувствовала, что ей, артиллерийскому юнкеру, плакать не пристало. Она только замолчала, уставившись в стену.
— А что это у тебя тут, кузина, книги? — спросила Соня, взглянув в ее чемодан. — Покажешь мне? А то я в последнее время все романы перечитала, а в книжную лавку заехать нам с матушкой все некогда. Может быть, у тебя есть что из романов интересное, чего я не читала еще?
— Романы? — переспросила Даша, немного смутившись. Было время, когда она тоже проводила свое время за чтением романов. Что еще делать барышне в провинции? Вот только время это закончилось два года назад. — Да у меня тут не романы… — проговорила она и достала стопку книг.
— А что же?
— Да вот… — Даша развязала книги.
Соня стала брать в руки книги по одной и читать заглавия:
И. Потоцкий, «Наставление по баллистике».