— Почему ваша дочь вернулась домой посреди семестра? — поинтересовалась Лилия.
— Возникли кое-какие семейные трудности, поэтому она приехала на две недели. После того, как мы все уладили бы, должна была вернуться к учебе, — ответил Олег Петрович, хмурясь все сильнее с каждым словом. — А теперь уже это не имеет значения.
— У вас есть подозреваемые? Может, предполагаете, кто мог бы убить вашу дочь? — осторожно поинтересовалась Лилия, стараясь не слишком ранить чувства несчастного отца.
— Не знаю, — отрезал Олег Петрович. — Если бы мне было это известно, та тварь бы уже сдохла.
В отличие от Ивана, который относился к своему ребенку достаточно холодно, но с нездоровым желанием надзора за любыми действиями, патологоанатом искренне светился ненавистью и горем, переполняющих все его нутро после смерти любимого чада. Олег Петрович был сильным мужчиной, а потому мог отлично сдерживать эмоции, но в данной ситуации даже его самообладание давало сбой.
— Надеюсь, что преступника скоро поймают, а пока скажите, каким человеком была Аня?
— Она много и усердно училась, — ответил Олег Петрович с тяжёлым вздохом, — была доброй девочкой, помогала в приютах для животных и детских домах. Аня никогда и никому не делала зла, поэтому я не понимаю, кто и почему мог ее убить.
— Спасибо за вашу искренность, — серьезно ответила Лилия. — Правда обязательно будет раскрыта, а преступник наказан.
— Надеюсь, — пробормотал мужчина. — Это все?
— Да, для вечернего выпуска новостей этого вполне достаточно, — ответила Лилия и махнула Константину, чтобы он убрал камеру. — Наш канал тоже расследует это дело, поэтому, если вспомните что-нибудь важное, пожалуйста, свяжитесь со мной по этому телефону.
Лилия протянула Олегу Петровичу визитку, после чего засобиралась уходить. Мужчина не стал задерживать своих гостей и заставлять их выпивать впустую заваренный чай. Он проводил, пришедших к нему репортера и «оператора», после чего без прощаний захлопнул за ними дверь. Константин и Лилия без промедления отправились к машине, сели в нее и только после этого решили заговорить.
— Этот мужчина не убийца, по крайней мере, не похож на него, — произнес детектив, задумчиво стуча пальцами о руль. — Но что это тогда такое? Все так странно. Девушка приехала всего на две недели домой, и именно в этот момент ее убили.
— Мачеха? — предположила Лилия, проверяя что-то в камере. — Может, этот мужик подписал наследство на дочь, а она хотела все заполучить.
— Возможно. Ее мы ещё не видели. Будем ждать? — спросил Константин.
— Не. Зачем? — буркнула Лилия, запихивая камеру в сумку. — Как будто мы ее узнаем. Я сама попробую пошерстить по своим каналам и выведать побольше об этой женщине. А пока я сама доеду до работы. Ты же попробуй узнать, что дало вскрытие.
— Понял, — кивнул Константин. — Но думаю, на это понадобится достаточно много времени.
— Не важно. Как узнаешь что-нибудь, можешь звонить в любую секунду, — сказала Лилия, открывая дверцу автомобиля. — Сегодняшний репортаж немного продлит мне жизнь. Спасибо за это, Юра.
Сердце Константина пропустило не один, а сразу ударов десять. Оно замерло и ухнуло вниз, пробивая желудок и падая в пятки. Почему Лилия так его назвала? Она что-то знает?
— О чем это ты? — спросил Константин, стараясь контролировать свой голос и сделать так, чтобы он не дрожал.
— Что-то не так? — с лёгким удивлением спросила девушка, невинно хлопая глазами. — Ой, я назвала тебя другим именем. Прости, так зовут моего старшего брата, немного забылась и обратилась к тебе, как к нему. Ничего страшного?
— Да, все в порядке, — пробормотал Константин, стараясь не выдавать волну облегчения, которая накрыла его с головой. — Я позвоню тогда.
— Ладно, — кивнула Лилия и хлопнула дверцей.
Константин с облегчением выдохнул, как только остался абсолютно один. Ещё чуть-чуть, и он мог бы выдать себя. Никак нельзя было допустить это, стоило быть осторожней, ведь любая подобная оплошность могла уничтожить не только его карьеру детектива, но и всю жизнь. В психушку ехать совсем не хотелось, потому что это было абсолютно бесполезно. Диссоциативное расстройство было очень сложно вылечить медикаментозно, а точнее практически невозможно. Только старый добрый гипноз мог помочь, да долгие терапии с психиатром, которые могли занять несколько лет. Короче говоря, ложиться в больницу не было какого-либо смысла, тем более Юрий был не опасен ни для себя, ни для общества.