— Э, Юра, — попыталась воззвать к его разуму Лилия. — У тебя в желудке дырки не будет от того, что ты острое после алкоголя ешь?
— Неа, — улыбнулся детектив покрасневшими от перца губами. — Я привыкший к такому делу, но неподготовленному человеку лучше так не экспериментировать.
Заглотив лапшу в пару присестов, Юрий блаженно откинулся в кресле и прикрыл глаза. Как же он был счастлив поесть вкусной еды, которую так давно не пробовал.
— Ладно, теперь пойдем, — предложил детектив, сонно моргая. — Посидим в засаде возле дома следователя. Преступник обязательно должен к нему явиться. Прокурор же смотался с семьей за границу?
— Да, — кивнула Лилия. — Остался только следователь. Я поведу, так что поедем на моей машине.
Юрий без лишних возражений направился к выходу из дома. Он сел на пассажирское сидение небольшой машинки Лилии и огляделся. Детектив редко сам не вел машину, а потому чувствовал себя неуютно, от того, что кто-то еще сидел за рулем.
— Почему так смотришь? — недовольно спросила Лилия. — Я хорошо вожу.
— Не в этом дело. Я просто не люблю, когда моя жизнь находится в чьих-то руках, — пояснил Юрий, пристегиваясь. — Мне становится не по себе.
— Настолько не доверяешь людям?
— Не знаю, возможно, так оно и есть, — пожал плечами детектив. — Или мне просто страшно от мысли, что могу умереть из-за чьей-то халатности.
— Ты меня оскорбить сейчас пытаешься? — с легким возмущением спросила девушка, выруливая на центральную дорогу. — Я хорошо вожу.
— Ты знаешь, что такое фобия? Это бессознательная боязнь чего-либо. Наверное, я испытываю что-то подобное, — пояснил Юрий, стараясь поудобнее усесться на сидении. — Или же это все просто отговорки, а я нахожусь в плену стереотипов о женщинах за рулем.
— Мне отвесить тебе пощечину, — скептически спросила Лилия, — как поступила бы любая нормальная женщина? Или не стоит?
— Можешь попробовать, — пожал плечами Юрий, зевая. — Правда, не обижайся, если после этого твоя машинка превратится в хлам, или дверь окажется разрисованной неприличными знаками.
— Какие страшные угрозы, — усмехнулась Лилия. — Если сделаешь что-нибудь такое, я знаешь, как отомщу?
— И как же?
— Не скажу, — игриво ответила Лилия. — Вот сделаешь что-нибудь гадкое, так узнаешь.
— Тогда я обязательно должен узнать.
«Пока не поздно», — добавил про себя детектив. Если бы только можно было навсегда заменить Константина, стать основой личностью... Это было его единственным желанием, которое не могло сбыться. Пусть совсем недавно в голове и мелькала мысль попытаться провернуть нечто подобное, то теперь Юрий был уверен наверняка, что не сделает ничего. Он ненавидел Константина, но в то же время чувствовал к нему привязанность, как к тому, кто был его частью. Пусть еще совсем недавно сомнения и посещали его, но теперь Юрий определился раз и навсегда.
— Мы прибыли, — сообщила Лилия, тормозя возле домика, похожего на землянку. — Здесь реально живет тот самый следователь? Как-то не верится.
— А что тут такого? — приподнял одну бровь Юрий. — Вполне возможно, он просто не заработал ничего за свою жизнь.
— Да, конечно, но разве мэр не должен был отвалить ему кучу денег за то, что он посадил убийцу его сына? — предположила девушка.
— Так, то двадцать лет назад было. Думаешь, одинокий старый засранец станет копить деньги на счастливое будущее? Что-то сомневаюсь, — холодно ответил Юрий, глядя в окно. — Сейчас же десять часов вечера, да? Тогда почему у него в окнах уже света нет? Так рано спать лег?
— Почему бы и нет? — пожала плечами Лилия. — Все-таки этот мужчина довольно старый. Он мог и пораньше лечь.
— Ладно, раз такая пьянка, я пойду и посмотрю, что у него там в доме творится. Только в окошко загляну, и все, а ты сиди здесь и не рыпайся, — приказал детектив и, не дожидаясь ответа, вылез наружу. Холодная ночь встретила его дуновением ветра, сбивающим с ног своей силой. Юрий заслонил глаза рукой и осторожно двинулся к калитке. Как и ожидалось, она оказалась не заперта. Во дворе нечего было воровать, кроме сорняков, так что и запираться следователю было незачем.