«Выходит, вчера специально надрался, чтобы написать Мирке… ЭТО?!!» - пришло тяжелое осознание.
- Впечатлило? – правильно оценила Мирка его состояние и широко улыбнулась. – Прикинь, меня вчера тоже. И соцсети – это так, легкая прелюдия! Рассказать, что ты в реале вытворял?
- Спасибо, не надо, - буркнул Дамир и чуть ли не бросил телефон на стол. – В целом, догадываюсь. А подробности… есть вещи, которые лучше не знать.
Глава 2.
Мирка закончила надевать колготки и потянулась за юбкой.
«Даже не помню ее голенькую! - пришло на ум угрюмое. – В сознательном состоянии не видел. Обидно. И вообще – сплошное хрензнаетчто».
- Хоть понравилось-то? – осторожно спросил вслух. - Это… вчера. То, что вытворял?
Мирка замерла, недоуменно уставившись на него своими небесными глазами. А потом что-то мелькнуло в них – сожаление?.. раскаяние?
- Само собой! – быстро проговорила она, отведя взгляд. – Ты же, как всегда – брутальный, сексуальный, неудержимый…
Дамир глянул на телефон и недоверчиво ухмыльнулся.
- Правда, все супер! – еще горячей заверила Мирка.
Но он уловил что-то в ее голосе и ухмыльнулся еще более скептично.
- Дамирчик, не смотри так! Ладно, розовых соплей многовато, а так норм.
- Ну, извини, я не специально, - вздохнул Дамир и вытащил из-под стола пустые бутылки. – Сочувствую, короче. Кофе будешь?
Мирка опять вытаращилась на него и кивнула.
Дамир удалился на кухню. Нет, не трусливо бежал с поля боя – отступил организованным маршем, чтобы перевести дух и посчитать потери. По пути достал из шкафа спортивные штаны и фанатскую футболку с логотипом ФК «Зенит». Оделся.
Бутылку из-под минералки швырнул в мусорное ведро, а коньячную с портретом фельдмаршала зачем-то поставил на стол. На лице великого князя застыла высокая печаль.
- Не грусти, Илларионыч! – Дамир прогрел на огне турку, насыпал в нее молотого кофе. – Никого не виню. Оно ж и у тебя не гладко было: Бородино – ни победа, ни поражение, Аустерлиц вообще молчу. Но делать-то что, а? Куда ни кинь, везде клин.
Взгляд машинально скользнул по дверце холодильника, где горделиво красовалась коллекция магнитов – из каждой командировки на Севера привозил, заботливо собирал.
Отвернулся. Почему-то смотреть на любимую коллекцию сейчас было неприятно.
Вместо этого глянул за окно. Крупный январский снег неспешно, но целеустремленно засыпал кусты и дорожки, припорашивал замерзшую часть искусственного водоема, где в полыньях плавали утки-лентяйки, променявшие свою перелетную сущность на сытную московскую кормежку.
«Интересно, Мирка пруд видела? – подумалось зачем-то. – Вряд ли, окна кухни выходят на другую сторону от входа в подъезд».
И вдруг захотелось, чтобы непременно увидела! Поймать выражение ее глаз в этот момент… Глупое желание. Бессмысленное.
Дамир как раз наливал горячий кофе в чашки, когда в коридоре раздался цокот женских каблучков.
- Дамирчик, я побежала! – приоткрыв дверь, в кухню заглянула Мирка. На ней было ярко-голубое пальтишко с двумя рядами позолоченных пуговиц, вызывающее ассоциации с уланским мундиром.
«Тоже мне – кавалерист-девица! – улыбнулся Дамир и оглянулся на портрет фельдмаршала: - А ведь она у тебя адъютантом служила! Все-таки сговорились за моей спиной, да? Интриганы!»
- Мираж, ты куда? Собралась истаять в утренних лучах, как полагается миражам? - Он шутливо ухватил Мирку за рукав. - А кофе? И поговорить серьезно надо. Как жить дальше.
- А что тут говорить? Думаю, ты и сам все понял! – выпалила она и принюхалась. – Как вкусно пахнет! Божественно просто!
- Твой любимый кофе, с корицей, - Дамир, пользуясь ее замешательством, ловко расстегнул пуговицы на «уланском мундире» и повесил его на спинку стула. – И что я должен был понять?
- Что пьянство – зло! – Мирка прямо стоя отхлебнула кофе и так смешно причмокнула, что Дамир снова не сдержал улыбки:
- Мирок, гляжу, ты записалась в пропагандисты ЗОЖ? Или вам на работе доплачивают за просветительскую работу - «Минздрав в последний раз предупреждает»?
- Тебе было стыдно, я видела! Когда вчерашние смс-ки читал! – припечатала Мирка, не разделив его веселья. – Неудобно, некомфортно, неприятно!
- До сих пор в шоке, если честно.
- Вот видишь! Это первая стадия алкоголизма! Когда серьезный, успешный человек начинает распускать нюни, выдумывать несуществующие проблемы. Дальше будет хуже – поверь мне! Папа мой тоже любил выпить, если помнишь…