- Хочешь туда?
Он так посмотрел на меня, робко и с надеждой.
Я обняла его за плечи. Он еще такой маленький! Людские дети его роста по шесть или семь лет. Когда я нашла его, он был еще меньше. Но всегда был очень умным. А иногда и мудрость отражалась в глазах. Я им очень горжусь. Ему ничего не нужно объяснять, Данечка пусть иногда и читает мои мысли, но он добрый. А ведь мог испугаться и не пойти ко мне на руки после нашей стычки с демонами, но...
- Я не боюсь тебя, я знаю кто ты и какая ты, мама,- он опять прочитал мои мысли.
- Вот видишь, выбрались мы с тобой из империи,- я грустно улыбнулась,- я понимаю, ты хочешь домой. Я люблю тебя, сынок и не хочу чтобы тебя забрали,- поцеловала малыша в макушку,- Это тебе решать, идем.
Как бы я ни жалела, Данечка очень хотел в храм. Его душа рвалась и радовалась Свету. А мой сын свободный. Пусть я боялась, что его там и заберут, не священники, нет, а Белая Сила. Может он бы и не пошел, если бы я попросила. Но я не встану на его дороге. Я только буду охранять его, чтобы никто не смел помешать.
В храме оказалось всего несколько посетителей. Нам никто не мешал войти. Белый мрамор также использовался в отделке. Высокие потолки с арками, белые колонны, незнакомые картины на стенах, видимо с ликами святых, и большая белая статуя, олицетворяющая Бога.
Несмотря на темную магию, я спокойно вошла, никакой опасности не чувствовала.
Данечка подошел и опустился перед статуей на колени. Я села рядом. Да, я спорю с ангелами, да, я однажды помешала их работе, да, я вампир и демон, да, Белая Сила меня вправе отвергнуть. Но это они. А статуя принадлежит Богу. Создателю всего. Судье мира.
Я склоняюсь.
Белая магия окутывает нас. От статуи исходит мягкий свет. Не знаю видят ли его другие, или я вижу потому что дух.
Данечка покачнулся, чем меня испугал, и заснул, а я подхватила его тело. И тихо плакала над ним, прижимая к себе крылатого ребенка. Они могут его забрать. Может ему там и будет лучше. Но я все равно буду его любить как сына. Никто не слышал моих всхлипов, мои слезы падали беззвучно, теряясь в его крыльях.
Его душа там, в белых чертогах, а здесь я охраняю тело.
Происходящее и правда заинтересовало священника. Я видела его при первом "допросе" Арслада - он находился в кабинете, но никто мне их не представлял.
Пожилой жилистый мужчина - человек, остановился и наблюдал за нами, потом стал разжигать свечи у некоторых образов.
В ответ на его вопросительный взгляд я посмотрела ледяным и он не подошел. Этот человек был резким и жестким. Белый маг. Поджатые тонкие губы и бледно - серые глаза. Не пугали, по крайней мере меня, но и дружелюбием он никак не отличался.
А Данечка все спал. Целый день. Возможно там время течет иначе. Я обнимала его, складывала крылышки и устраивала поудобнее на моих руках, чтобы тело не затекло. И радовалась уже тому, что он не растаял сам в туманной дымке. Пока еще он был почти со мной или планировал вернуться. Я плакала тайком.
Не хочу показывать эмоций священнику. Пусть думает, что все так, как надо. Он уходил, несколько раз возвращался, а иногда присылал младшего служащего. Видимо, присматривать за мной. Наверное Арсладу уже доложили. Прав был Леррен, не плохой ректор, по крайней мере у вампиров хватало такта нам не мешать.
Данечка резко вдохнул и открыл глаза. В них читалась боль и тревога. Я прижала к себе малыша.
- Все будет хорошо, Данечка, не бойся,- так говорила всегда, даже при побеге от демонических псов.
Я была рада уже тому, что он вернулся, но боялась слов, мне казалось он откроет глаз и станет прощаться, а мне ... больно его отпускать. Но если это его решение, я соглашусь. И смирюсь, если это желание белых.
Но то, что сказал Даня, повергло меня в шок.
- Мама... ,- в его глазах стояли слезы,- Мама! Они сказали, что я.... мама я захотел жить с тобой. А они сказали, что я превращусь в чудовище. И ты ... я... я превращусь.
Больше всего по моим нервам резанул его страх. А еще он больше не верил ни во что хорошее.
Да что они сделали с моим ребенком! Гнев и обида на светлых проснулись во мне, но не время сейчас обижаться! Данечка плакал.
- Данияр! - я взяла в руки его лицо,- Данияр! Запомни, ты всегда будешь моим сыном и я всегда буду тебя любить! Кем бы ты ни был.
- Они сказали...
- Кто сказал, Данечка?
- Никард.
- Мало ли что он сказал! Данечка вспомни, когда мы встретились, я дала тебе свиток, ты его сохранил?
- Да, мам, возьми,- и мой ангел протянул мне тот самый единственный свиток, что я украла в небесной канцелярии. И улыбнулся сквозь слезы.
Он знал, что это может его спасти, но отдал столь ценную вещь мне. Вампиру и демону. Своей приемной матери.
Я вырвала свое черное перо и быстро написала на свитке:
" Данияра спасет любовь"
Всего три слова. Свиток вспыхнул и исчез.
Он увидел и посмотрел мне в глаза. В его как и в моих стояли слезы.
- Мам, а как же ты?
- Все будет хорошо, милый. Кем бы ты ни был, никому тебя не отдам.
И я снова обнимала и целовала его. Он прижался ко мне. И вдруг Данечка стал меняться. Появились щупальца на полиморфном теле, все более похожем на медузу. Появилась прозрачность полная его уже сизого тела, и в завершение мутации - ряд конечностей как у насекомого по краю медузообразного тела, все более похожих на кинжалы и несколько побольше в центре его тела - шесть, уже похожих на мечи... черно-коричневые мечи. Оружие.
Изверги, его то за что так наказывать!
За то, что признал матерью вампира и демона? За то, что не погиб у темных? Мой Данечка никому ничего плохого не сделал! Даже демонам!
Именно за это?
Я плакала и успокаивала ребенка. Для меня он навсегда останется ангелом и сыном. Несмотря на молчаливую истерику, я обнимала его. А он испугался и вцепился в меня щупальцами.
- Данечка, милый, ты всегда будешь моим сыном. Неважно какой снаружи, ты у меня добрый хороший мальчик, я никому не позволю причинить тебе вред.
Я его гладила, в душе застыла боль. Но я знала - он мне верит.
ОН. МНЕ. ВЕРИТ!!!
А Я ЕМУ.
Я не знаю как они добрались, не видела из-за слез. Скорее всего порталом, обнаружив себя перед всеми магами - стражами страны.
Но Альт, Артан, Эхан, Тальен и Хафсаяр вошли в храм.
Я настолько расстроена, что не увидела их первой. Данечка напрягся и немного помутнел. Они испугали моего ребенка?
- Шади... - только и прошептал мне Альт.
Я встала, загораживая его собой. Несколько щупалец обвили мою руку. Очень нежно.
Я и Альт смотрели друг на друга.
- Это мой сын,- твердо сказала я.
Даня сейчас был ростом с меня - в диаметре. Он замер за моей спиной, прижавшись ко мне. Боялся за нас.
Но Альт понял. Он знал о Дане, его магия струилась около меня с утра, и он видел все, что было сегодня. Только сегодня. Но еще он знал, что нашей крови в нем нет.
- Хорошо,- согласился мой демон, - если он твой сын, то тогда и мой.
- Стойте!!! - дрогнул голос Хафсаяра,- Это клиф. Дитя Тьмы. Ты нашла его на просторах империи, он показался маленьким и безобидным? Они могут принимать любой облик, проникают в семью, всем нравятся, а потом этот хищник съедает всех за одну ночь. Я убил почти всех таких, но видимо еще есть. Отойди от него, Шади.
Но я не дрогнула.
- Это мой сын. Кем бы он сейчас ни был.
Мой взгляд столкнулся с Хафсаяром. Я не отступлю ни на шаг. Данечка, я знаю ты меня слышишь, все будет хорошо.
Кожа на Данечке почернела. Но он не делал никаких движений. И его щупальца расслабились, готовые выпустить мою руку в любую секунду. Мое сердце сжалось. Я никуда не отпущу его! Я сама крепко взяла его за... щупальце. Не выпущу! Они не разлучат меня и сына!
Наверное что-то было в моем взгляде. Уверенность. Твердость. Непоколебимость. Сила.
Я смотрела на Властелина Темной империи, а сама готова защищать Даню ото всех. И знаю, мой прайд не тронет.
А Альт... он все понимал.
- Шади...,- он сделал еще несколько шагов навстречу и мой взгляд остановился на нем.
Альт встал около меня - немного сбоку, и смотрел на Даню.
- Я тоже буду его защищать. Он будет нашим ребенком,- и протянул к нему руку.
Погладил нежную упругую кожу.
Даня позволил, только смотрел на него всем телом. Частично он энергетическое существо теперь.
Альт понимал, что возможно в отношении клифа это самоубийство. Но Шади не отступит. Она любит этого малыша несмотря ни на что. И он принял свое решение. он разделит с ней эту чашу судьбы. Даже если погибнут оба, уж лучше он погибнет с ней, чем останется сам. Или чем они сбегут снова.
Он присел перед Даней.
- Я буду тебя защищать также, как и она. Не бойся,- и погладил снова.