Мое беспокойство оказалось ненапрасным. Карсон запустил руку под пальто в карман рубашки и вытащил мою цепочку. В свете приборной панели покачивался медальон Святой Гертруды.
– Тогда, наверное, ты по ней скучаешь.
В салоне было слишком темно, чтобы разглядеть облаченную в рясу праведную монахиню с кошкой на руках. Но я представляла, как та неодобрительно хмурится. Не потому, что я упустила шанс послать Тейлору сообщение, а потому, что почти забыла, на чьей Карсон стороне.
Я выхватила кулон из его пальцев, разозлившись на него и на себя одновременно.
– Болван.
На челюсти стажера дрогнул мускул, но я недостаточно хорошо знала этого парня, чтобы понять значение сего мимического жеста. Однако все прояснилось мгновение спустя, когда Карсон съехал на обочину, остановил машину и развернулся на сиденье. Он внезапно вторгся в мое пространство, положив одну руку на приборную панель, а другую – на подголовник рядом с моим ухом. Карсон двигался так быстро, что я даже не заметила, как он отстегнул свой ремень безопасности. Я отпрянула к пассажирской дверце. Мне и в голову не пришло ее открыть – уверена, сделай я такую попытку, ее бы пресекли. Но на самом деле меня остановила сдерживаемая злость в пристальном взгляде стажера.
– Ага, – согласился он. – Я болван. Но позволь расскажу тебе о парне, на которого я работаю. Если твой агент Тейлор помешает планам босса – любому из его планов, но особенно тем, что касаются Алексис, – Магуайр заставит его пожалеть о том, что он вообще на свет родился.
От того, как угрожающе Карсон произнес эти имена, их обладатели словно встали передо мной в холодной темноте пустынной дороги. Мой пульс бился так сильно, что трудно было сглотнуть, но пришлось постараться, иначе я не смогла бы заговорить. С храбростью, столь же слабой, как и мой вздох, я выдала:
– Если имеешь в виду долгий заплыв по реке, так и скажи.
– Важный Человек не очень часто убивает людей. Он лишь заставляет их жалеть о том, что они еще живы. – Горечь заострила и без того напоминавший бритвенное лезвие голос. – Как минимум он предпримет меры, чтобы твой мальчик закончил свою едва начавшуюся карьеру.
Я поняла, что мне хотел втолковать Карсон. Я нужна Магуайру живая и исполнительная. Но Тейлор – расходный материал, и, пытаясь оставить зацепку, я подвергла его опасности. Хуже того: если я разозлю Большого Босса, он добавит имя Тейлора в перечень способов моего наказания.
У меня большая семья. Длинный список. Карсон при всем желании не смог бы ударить ближе к моему сердцу. Я уж начала задумываться, а не слишком ли хорошо он целится.
Из автомобильной печки лился теплый воздух, но внутри у меня все заледенело.
– Если он такой плохой, – спросила я, – то кто же ты, раз на него работаешь?
Я выстрелила вслепую, но попала прямо в десятку. Призраки во взгляде стажера дрогнули, хотя он еще долгое время не шевелился. Затем молча забрал из моей руки цепочку и надел мне на шею.
Он застегнул замочек поверх моих волос с первой попытки. Прежде, чем я даже подумать успела о том, чтобы возмутиться из-за вторжения в мое личное пространство. Прежде, чем я вообще о чем-либо подумала, кроме того, что для подмастерья мафиози он действительно приятно пахнет.
Когда же Карсон откинулся на спинку сиденья, то уже натянул свою невозмутимую маску.
– Я… тоже плохой человек, который не желает, чтобы что-что плохое случилось с тобой. – Настроение сменилось, он отвернулся и выжал сцепление. – Поэтому приступим к работе.
Лучшая мысль, что я слышала за всю ночь. Я выдохнула собственное напряжение, радуясь вновь появившейся цели. Ну, или некой идее цели, поскольку не знала, что делать дальше.
– В общежитии Алексис я ничего не прочла, – поделилась я, спрятав овальный кулон под рубашку, в то время как Карсон снова выехал на пустое шоссе. И когда я говорю «пустое», я имею в виду пустое. Никаких других машин за время нашей остановки я не видела. – Ее телохранитель ничего особенно полезного не рассказал. Он сопровождал ее до машины, чтобы доставить на вечеринку и… – Я не стала вдаваться в детали, лишь изобразила пальцами пистолет и воспроизвела звук выстрела. – Вот и все.
Карсон вел машину так, словно знал, куда держит путь.
– Понятия не имею, почему Уолтерс, телохранитель, отвозил ее той ночью. Его освободили от этой обязанности, после того как Алексис на него пожаловалась. Всегда считал, что его завалят в пьяной драке, если его мозги раньше не сгниют от кокса. – Он бросил на меня огорченный взгляд. – Не то чтобы я желал кому-то поймать пулю.