– Охранник выжил? – перебила я, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не размякнуть.
– Да. В критическом состоянии, но жить будет.
Я выдохнула – сама не заметила, как задержала дыхание.
– А те полицейские, что врезались в римские статуи?
– В порядке, но им назначили психиатрическую экспертизу.
Разумеется. Не каждый же день встречаешься с пирокластическим взрывом.
– Там еще один парень был, в зале с греческими урнами.
– Мы там никого не нашли. Только разбитую вазу. Служители из-за нее очень расстроились.
Я прислонилась к двери покачивающегося вагона. Значит, преступники скрылись, и о похищении Алексис допрашивать некого. Получается, все на нас с Карсоном.
– Сбежать можешь? – спросил Тейлор. – Если бы ты сама пришла, я бы тебе помог, ты знаешь.
Он говорил не про поиски, а про обвинения в преступной деятельности. Но я предпочла сделать вид, будто не поняла:
– Агент Тейлор, если бы ты попытался мне с этим помочь, то уже тебе понадобилась бы психиатрическая экспертиза.
Тейлор помедлил, раздумывая над моими словами:
– Странно, да?
– Да. Передай агенту Джерарду, что я собираюсь выключить этот телефон, так что пусть и не пытается его отследить. И не звони моим тетям. Они и так сейчас с ума сходят.
– Что-нибудь еще? – Невзирая на ситуацию, в его голосе промелькнула смешинка.
– Да, – ответила я, по-прежнему надеясь, что он все еще хорошего обо мне мнения. – Верь мне.
Затем я выключила телефон и с ноющим телом, кипящими мозгами и щемящей болью в сердце пошла обратно.
А там застала Карсона за стоящим на откидном столике открытым ноутбуком с подключенной флешкой. Стажер даже глаз не поднял, делая вид, будто поверил, что я столько времени провозилась в туалете.
– Ты, когда договорила, выключила телефон, чтобы они не отследили нас по GPS?
Господи, и как только девушки своих настоящих парней обманывают? Ни с Карсоном, ни с Тейлором мне ничего подобного не удалось, а ведь они оба даже близко не подходили под это определение.
Рытье в кармане во время поцелуя не считается.
– Я не идиотка.
– Я и не считаю тебя идиоткой, – ответил Карсон. – Просто милой девушкой, которой никогда не приходилось задумываться, что ФБР может отследить ее звонок.
– И вовсе я не милая. – Не в том смысле, который он подразумевал и который слишком сильно смахивал на «наивную». – Ну как, удалось взломать флешку?
И вовсе я не пыталась сменить тему.
На экране висело окошко с требованием ввести пароль. Карсон что-то набрал, но программа выдала ошибку.
– Я перепробовал все ее обычные пароли, любимые группы, клички животных, цвета, дни рождения, девичью фамилию матери…
Похоже, он упражнялся все время, пока меня не было. Может, гораздо больше переживал из-за моего разговора с Тейлором, чем делал вид.
– Фамилию Оостерхауса вводил? – Судя по взгляду – да. – Шакал? Черный шакал?
Он попробовал последнюю версию, но безуспешно.
– А по-латыни или по-гречески? Она же оба языка знала, да?
– Ага, – ответил Карсон. – Вот только я не знаю. – Он откинулся на спинку сиденья и уставился на экран прищуренными глазами, словно пытаясь загипнотизировать. – Кстати, хорошая мысль.
Подлизываться бесполезно.
– Ты уже осматривал шакала из музея?
– Ждал тебя. – Он нагнулся, вытащил из-под сиденья сумку МакУблюдка и осторожно поставил между нами. – Только ты можешь сказать, обладает он какой-то сверхъестественной энергией или это просто отвлекающий маневр.
Я выудила сверток размером с дыню, только овальный. В безопасности благодаря высоким спинкам кресел и шуму поезда, я развернула ткань, так и оставив ее на всякий случай вокруг хрупкой статуэтки, которая определенно походила на изображенную в записях о раскопках Оостерхауса. Худощавый мужчина с головой шакала, высотой всего в ладонь; одно ухо с небольшим сколом, но, похоже, давнишним. Красивый золотой лист, изображавший широкое ожерелье, раскрашенная юбка и крохотные украшения.
Однако что касается сверхъестественной энергии – я ничего не почувствовала. Может, чувствовать было нечего, но, скорее всего, я все еще не восстановилась. Хотя, раз уж ощутила весьма серьезную вспышку от татуировки МакУблюдка, то, если бы держала в руках того самого шакала, определенно бы это поняла.
– Это не Черный Шакал.
– Джонсон в музее так и сказал.
– Вижу, ты упомянул настоящее имя МакУблюдка. – Все равно у нас на руках два тупика в виде мини-шакала и запароленной флешки, так почему бы не обсудить кое-чье вранье? – И раз уж мы заговорили о настоящих именах…