Призрак согнулся, разглядывая статуэтку, и с нотками гордости и ностальгии в голосе протянул:
– Ах, да… Я нашел ее недалеко от Фив, во время экспедиции вдоль западного берега Нила. Теперь это место называется «Долина царей». Какие волнительные были дни! Жаркие, утомительные и опасные. Половина наших людей буквально убивалась при раскопках могил, и лишь затем, чтобы обнаружить, что все артефакты уже разграблены. Может, я и не нашел много золота, но – ах! – богатство знаний…
Оостерхаус, видимо, готов был еще долго разглагольствовать о богатстве знаний. Прервать его оказалось делом непростым – как и все фантомы, профессор не останавливался, чтобы перевести дух.
– Спроси его о шакале Оостерхауса, – встрял Карсон.
Оостерхаус замер, потом повернулся:
– Молодой человек, спросите меня сами. – Он говорил тоном профессора, лекцию которого только что прервали. – Я вас слышу, но не уверен, что понимаю, о чем речь. Может, если вы перефразируете…
Я не хотела передавать это стажеру, поэтому придвинулась к нему поближе, «подключаясь» и тем самым позволяя снова видеть и слышать нашего гостя.
– Как насчет Братства Черного Шакала? – Я внимательно наблюдала за реакцией профессора и заметила, как он начал потихоньку вспоминать. – Что вы можете о нем поведать?
Оостерхаус сделал паузу, как будто собирался с мыслями.
– Давненько я не слышал этого названия. Полагаю, сейчас на дворе двадцать первый век? – Он покачал головой и усмехнулся. – Новое тысячелетие. Невероятно долгий и в то же время невероятно короткий отрезок времени, если подумать, что наши раскопки раскрыли могилы, покрытые песками многих тысячелетий…
– Так что там с Братством? – напомнил Карсон.
Оостерхаус неодобрительно сверкнул глазами и тут же сменил тему, однако проигнорировав стажера:.
– Я занимался исследованиями тайных аспектов древних похоронных ритуалов. Обучил нескольких студентов, которые выбрали себе такое название ради оригинальности. Полагаю, группа распалась, когда я, хм, оставил профессорскую деятельность и вернулся к раскопкам. – Фантом глубокомысленно почесал бороду. – Может, кто-то решил воскресить забытое имя из озорства.
– Это не озорство, – заметил Карсон. – Они готовы похищать и убивать людей ради этого вашего артефакта. Они явно хотят чего-то большего, чем просто ощущения новизны.
Оостерхаус сразу посерьезнел:
– Прискорбно. Но теперь я понимаю. Я спал, позабытый, в течение какого-то времени, но недавно что-то позвало меня, разбудило. Думаю, это были вы, голубушка, и ваш дар. – Он улыбнулся странной нежной улыбкой, как будто моя способность слышать и видеть его каким-то образом нас связала. – Но если кто-то ищет Шакала, это тоже объясняет мое пробуждение.
– Вы можете нам помочь? – спросила я профессора. – Я даже не знаю, что из себя представляет этот Шакал.
– Э-э, как вам сказать… – Он снова сцепил руки за спиной и покачался на пятках. – Это – кульминационный момент моего исследования альтернативных погребальных методов небольшого обособленного культа времен заката Среднего Царства недалеко от Фив. Шакал – очень сильная штука. Он может передавать неограниченную энергию…
– Неограниченную? – переспросила я. – Я думала, такое невозможно.
Теперь уже я удостоилась хмурого взгляда профессора. Ему явно не нравилось, когда его прерывают.
– Думаю, что нахожусь в более выгодном положении, дабы понять крохотное различие между бесконечностью и почти бесконечностью, милое дитя. – Он задумчиво вздохнул. – У меня были такие планы! Я столько всего хорошего мог сделать с такими силами!
Он, казалось, поблек вместе со вздохом, и я сначала подумала, что это от переживаний. Но очертания слабели, а детали сливались в бледном свете утра. Может, призрак и обладал силой, но явно не неограниченной.
– Доктор Оостерхаус. – Я поспешила выдернуть его из воспоминаний. – Вы знаете, где Шакал? Жизненно важно добраться до него первыми, опередив Братство. На кону жизнь девушки. – Профессор, кажется, заколебался, и я решила воззвать к его гордости: – Вы хотели использовать эту силу, чтобы творить добро. Вы единственный, кто понимает, что попади она в плохие руки – и мы не оберемся проблем.
– Дорогое дитя, вы ошиблись с причиной моей нерешительности. – Его тающий образ одарил меня улыбкой Санта-Клауса. – Я скажу вам, где Шакал, но взамен прошу мне помочь.