– Так поступают все преступники.
– Неужели ты думаешь, я бы с тобой сотрудничала, если бы считала, будто ты простой мошенник и ничего больше?
– Да, потому что ты поклялась найти Алексис, и намерена остановить Братство и Черного Шакала.
– Я бы нашла другой способ.
– Верно, с помощью милого агента Тейлора.
– Точно. – Я знала, что задела стажера за живое. Сравнивать их двоих – все равно что яблоки и апельсины, но Карсона, похоже, тема весьма беспокоила, так что я воспользовалась случаем. Я ведь тоже могу быть стервозной.
Однако виду он не показал, даже если замечание его зацепило, а просто ткнул пальцем в книгу, которую я прижимала к груди:
– Переведи файл, солнышко. И когда все закончится, можешь опять расследовать преступления с федералом-новобранцем, вместе со своей чокнутой семейкой отправлять призраков на покой и забыть обо мне на веки вечные.
Я еще не думала о том, что будет, когда все закончится. Но, по крайней мере, Карсон не сомневался в успешном исходе. А я такой уверенности не испытывала ни по отношению к нынешней ситуации, ни к чему-то другому. Особенно касаемо вероятности позабыть Карсона.
Но вслух сказала лишь:
– Хорошо.
– Хорошо, – эхом отозвался Карсон.
– Я, пожалуй, пойду, займусь делом, – предупредила я, давая ему шанс позвать меня обратно, исправить случившееся, попросить меня остаться и объяснить, почему он так стремится вести себя как придурок.
Карсон ничего подобного не сделал, а бросил лишь:
– Так вперед.
Вот я и пошла.
Глава 31
В читальном зале я устроилась за столом рядом с ноутбуком Мэриан, решив, что не позволю эмоциональным раздражителям помешать моим планам. Но это оказалось не так-то просто.
Обычно непоколебимый как скала в своем «бунтарь-поневоле» стиле, Карсон заполнил собой все пространство. Психическая суть здания продолжала двигаться, словно тектонические плиты, и это никак не улучшало моего предчувствия обо всем, что бы ни происходило за пределами комнаты. И без отопления стало очень холодно.
Остальные расположились в более теплом кабинете библиотекаря. Несмотря на отсутствие электричества, Халат пытался с ноутбука получить доступ к видеозаписям с камер наблюдения. Мэриан хотела присоединиться к нам, пока я не предупредила, что многого она не увидит.
Так что мы с Карсоном остались наедине. И не было в этом ничего неловкого.
Найдя фотографию тети Айви, я положила открытую книгу на стол и потерла ладони друг о друга, разгоняя кровь по замерзшим рукам.
– Готов? – спросила я, впуская Карсона в свою энергетическую оболочку – так же, как сделала это в квартире Гвенды при появлении Оостерхауса.
– Готов, – отозвался стажер и отошел, позволяя мне приступить к делу.
Фотография была черно-белой, и на ней Айви с заплетенными в косу волосами оперлась ногой о валун, держа артефакт в одной руке и мастерок в другой. Однако я представила тетю в цвете, какой увидела в музее Института.
Сосредоточившись на нашем сходстве и нашей связи, заключенной в цепи ДНК, я искала любой след фантома, до которого могла дотянуться мысленным усилием. Я напрягалась, как будто собиралась перенести ее прямиком из 1932, и даже при царящем холоде пот от усилий жег мои царапины и порезы.
В конце концов, тетя появилась так резко, будто я навалилась всем телом на незапертую дверь. Я ухватилась за стол, пока такая же, как прежде, Айви осматривалась вокруг, привыкая к обстановке. Я уже приготовилась опять представляться этой новой тени, но, стоило ей меня увидеть, как лицо тетушки осветилось узнаванием:
– Дейзи! Ну и ну! Выглядишь ужасно.
– Последние деньки выдались тяжелыми, – ответила я, раздумывая, как вообще подступиться к объяснениям.
– Нашла его? – немедля спросила она. – Шакала? Опередила Братство?
– Откуда ты узнала?… – Вопрос вывел меня из равновесия – и не только потому, что я понятия не имела, как на него отвечать. – Ты та же тень из Института?
– Конечно, – нетерпеливо отмахнулась Айви. – Не надо так удивляться. Гуднайты приходят туда, где они нужны. Я же говорила: ты никогда не будешь одинока.
Я не знала, как со всем этим разобраться. Она же ждала ответа на свой вопрос.
– Все очень сложно. Шакал – это не предмет… Ладно, я не уверена, что он такое в точности, только знаю, что все пошло кувырком, а виновата в этом я, и мне нужно все исправить.
Слова лились полным вины потоком. Я не просто была наивной. Я была чересчур самоуверенной, думала, что все знаю, что справлюсь с любым духом. Эту ситуацию создала я, сыграв Оостерхаусу на руку, и с тех пор только и делала, что затыкала дыры в тонущем корабле.