От них невозможно избавится полностью.
***
Я люблю рассматривать людей в метро. Иногда в поезде на секунду гаснет свет, и я вздрагиваю. Жуткая клаустрофобия и богатое воображение - плохое сочетание. Бывает, что вагон останавливается прямо посреди туннеля, и тридцать секунд темнота, объятая проводами, смотрит на меня из-за тонкого стекла, вызывая приступ легкого удушья. Тонны земли давят на плечи, а большое количество незнакомых людей только увеличивает вероятность развития панической атаки. Поезд со скрипом трогается, и страх отпускает меня так же внезапно, как появляется.
И все же мне нравятся поезда, даже если они под землей. Что-то в скрипе колес и скольжении по рельсам есть такое, что наводит меня на нужное настроение. Самые интересные мысли мне приходят всегда в метро. Например, что будет, если поезд сломается и все окажутся в ловушке? Что сделает тот высокий мужчина с бородой? Будет та блондинка в пальто с мехом кричать от ужаса? Кому первому придет в голову мысль о каннибализме? Такие размышления подобны ходьбе по канату - мысль о падении ужасает, но бездна внизу завораживает. Бездна, которая смотрит в тебя, пока в нее смотришь ты.
***
Прошло немало времени, прежде чем я научилась следить за ним совершенно незаметно. Мне нравилось представлять себя его тенью, неустанно следующей за каждым его шагом. Расстояние не мешало мне наслаждаться каждым изгибом его стройного тела. В какой момент и откуда пришла та мысль? Не знаю. Как не знал он, какая черная бездна смотрела на него моими глазами.
***
Среди людей в метро попадаются неприятные личности, но едва ли кто-то из них стоит моего внимания. Гораздо чаще приходится лицезреть прилипшие друг к другу парочки. Они целуются на платформе, прижимают друг друга к дверям вагона, без конца улыбаются и шепчутся как заговорщики. В такие моменты остро чувствуешь собственное одиночество. Но и перспектива быть на месте одной из таких девушек едва ли меня привлекает. Вы знаете только, какого это - обжиматься, целоваться и гулять под руку. А вы знаете, как это - быть готовой эту руку отдать за одну возможность прикоснуться к нему? Задыхаясь от восхищения, пойти на что-то ужасное ради шанса выжить в ядерном взрыве этих чувств?
Подчинение.
Власть.
Привязанность.
Страсть.
Безумие.
Чувства, пронзающие насквозь, затрагивающие нежную сердцевину и выворачивающие нутро наизнанку. Нет, никто этого не понимает. Кроме меня.
***
Я бы никогда не решилась на это, если бы не нашла подвал. Забавно, что мне даже не понадобились ключи, чтобы забраться внутрь, - дверь с самого начала была открыта. Это было тесное и душное пространство с серыми стенами и бетонным полом. Я внимательно осмотрела его, отметив кучки мышиного помета на полу, а на потолке - пятна неизвестного происхождения. Увиденное оставило меня в крайнем неудовольствии. Как тут можно жить? Нет, Мэгги, это безумие, оставь эту идею и возвращайся домой.
***
Как ни пытались меня разговорить дома, я молчала. Подвальные стены обступили меня со всех сторон, замуровав намертво мой разум внутри себя.
***
Руэль вот уже несколько недель не отвечает мне. Сегодня, возвращаясь домой из университета, я чуть не угодила под машину. Меня постоянно тянет проверить социальные сети. Как жаль, что он не ведет свою страницу. Заснула с телефоном в четыре утра.
***
Руэль улыбался мне. Теплый рассеянный свет делал его взгляд еще мягче. Я держала его руку в своей и все было хорошо. Крона деревьев трепетала по краям от легкого ветерка. Мне казалось, что мое несуразное прежде тело соткано из облаков. Воздух был пропитан ощущением наивысшего комфорта, какой бывает только в самой сладкой грезе. А это она и была.
Осознав, что лежу в своей кровати и больше не сплю, я поняла две вещи: во-первых, слишком реалистичный сон, чтобы не придавать ему значения, а во-вторых, мне нужно сделать ключи от подвала.
***