– Похоже, он сильно задел твою гордость, – уходя, проговорил советник.
– Скоро мы нападём на Веленгельм, поэтому разберись с Назаром в кратчайшие сроки. Я не могу идти войной, пока в стране такой бардак.
– Не волнуйся, я жизнь положу, но решу эту проблему, – двигаясь к выходу, многозначно произнёс Андриан. – И не потому, что ты меня попросил.
– Отлично. За дверью ждёт бургомистр, перед уходом скажи, чтобы он зашел, – добавил Иларон. – И… аккуратней там. У меня осталось не так много людей, которым я могу доверять.
– Ты тоже будь аккуратен. У нас всё ещё общая цель, – уходя, добавил советник.
– Вы тоже можете быть свободны, – обратился Иларон к стражникам. – Ночь выдалась длинной, идите отдыхать.
– Главмагистр… вы уверены? А если он вернётся?
– Он не вернётся. Я уже говорил, если бы меня хотели убить, то давно бы это сделали.
– Понял вас главмагистр, – тут же ответил глава стражи и обратился к подчинённым. – Всем отбой.
Едва Иларон закончил со стражей, как в главный зал тут же зашел заведующий городом бургомистр. Ранее главмагистр дал ему несколько поручений, и, судя по уверенной походке, особых трудностей при их выполнении не возникло.
– Докладывай, – дождавшись, пока стражники покинут зал, твёрдо проговорил главмагистр.
– Я передал ваше послание главе золотых гвардейцев, он скоро придёт. Также нам не удалось выяснить происхождение фиолетовой вспышки, однако её источник, без сомнений, находился в глубине чёрного леса. Из-за того что это произошло ночью, свидетелей не так много и паники среди народа практически нет, тем не менее, слухов расплодилось много. Ещё, как вы и просили, я предотвратил любые возможные утечки информации касательно ночного нападения.
– От гильдии охотников есть какие-нибудь вести? Если кто и может знать, откуда взялась вспышка, то только они.
– Я сейчас же отправлю посыльную птицу, чтобы всё разузнать.
– Скажи своим людям, пусть они придумают пять-шесть версий о происхождении фиолетовой вспышки и распространят эти слухи. Главное, чтобы эти версии не вызывали панику и смахивали на обычные сказочные легенды.
– Будет сделано, главмагистр.
– Когда версии будут готовы, отправишь посыльного, чтобы я проверил.
– Чтобы не допустить ошибок, мне нужно правильно всё понять. Вы хотите запутать людей этими историями, чтобы в итоге они засомневались даже в тех, кто своими глазами видел вспышку? Верно?
– Вы пугаете своей сообразительностью бургомистр Иромон. Всё верно.
– Главмагистр, к вам прибыл глава золотых гвардейцев, – послышался голос белого стража за дверью.
– Хорошо, тогда я займусь этим сейчас же, – тут же произнёс бургомистр, как только услышал о приходе главы золотых гвардейцев.
– Буду очень признателен, – вежливо попрощался главмагистр, а затем громко обратился к белому стражу за дверью. – Пусть заходит.
Следующий и последний на сегодня гость был Горхан. Огромный, закалённый в боях воин, который едва вмещался в дверной проход. Именно благодаря ему Иларон смог захватить власть, и именно он один из немногих, кому главмагистр доверяет беспрекословно. Восемь лет назад Горхан мог запросто стать главмагистром, но несмотря на общую поддержку отказался от титула в пользу Иларона. О причине знают немногие, однако для воина, что всегда бился в первых рядах и что всегда побеждал противника в честном бою, она вполне типична. Для него нет места грязнее и презреннее, чем стол, засаженный языкастыми пухлыми политиками, которые только «говорить горазды».
– Горхан… – тут же Иларон встал с трона и слегка приклонил голову. – Рад тебя видеть.
– И я тебя рад видеть, Иларон, – поклонился он в ответ. – Садись, у тебя выдалась длинная ночка. Насколько я понимаю, я тут по делу?
– Слышал уже, что меня обокрали? – устало проговорил Иларон, как только сел обратно на трон.
– Конечно. Тебе нужен проверенный человек, который поймает воришку.
– Верно. Вокруг тебя всегда только талантливые и преданные воины. Мне нужен самый сильный из них.
– Давненько я не видел твой страх, значит… дело серьёзное. Помнишь, я тебе рассказывал про мальчишку Ноланда?
– Такое трудно забыть. Пока мы не убили всех захватчиков с востока, они каждую неделю заставляли его драться на арене, насмерть.
– И три года он побеждал… Когда я взял его к себе, ему было семнадцать. Сейчас ему двадцать пять и среди золотых гвардейцев он изловил больше всех преступников. К тому же, как только Ноланд услышал о нападении, то сам изъявил желание поймать Елеазара.