Ворота в район высшего сословия представляли собой огромное каменное строение, лишенное каких-либо излишков. Когда наемник до них дошел, ему, ко всему прочему, пришлось ещё и ждать в очереди, пока один из местных «громил» проверит пропуск купца. Несмотря на то, что ворота в «высшие круги» всегда открыты, пропускали туда далеко не всех; только главмагистр и его ближайший помощник мог выписать разрешение на постоянный вход, будь это купец, ремесленник, или ещё кто-либо. Причём тот, кто имел право входить в верхнюю часть города, сразу считался почетным горожанином, хоть и обязывался раз в месяц платить завышенную подать. Исключениями, конечно же, являлись высокопоставленные лица, солдаты, и приближенные главмагистра, они не платили подати и могли свободно передвигаться через ворота. Елеазар рад бы причислить себя хоть к одной из этих групп, но даже тут он был «особенным» прихожанином, одним из тех, кто занесён в красный список, заполняемый лично помощником главмагистра. Такие люди вроде как важны, но им ещё не доверяют, поэтому в верхней части они передвигаются только с охраной и только по делу.
– Имя и род, – обратился к наёмнику один из «громил», когда подошла его очередь.
– Елеазар, просто Елеазар, – последовал спокойный ответ. – Вот, – показал он красный треугольник с именем и гербом Мэнгорна.
– Иди за мной, – проговорил хриплым голосом другой, не менее больших размеров охранник, а затем вошел в верхний район.
На слова громилы наёмник ничего не ответил и молча пошел вперёд, по хорошо отделанной камнями дороге. Едва перешагнув за ворота, каждый замечал, что тут даже воздух другой, более чистый и без доли дорожной пыли. В такое время большинство почётных горожанинов ещё спало, поэтому первое, что сделал Елеазар, глубоко и спокойно вздохнул полной грудью.
В верхнем районе наёмник бывал не раз, он уже больше года работает на главного магистра и до сих пор не смог заслужить его доверия, даже после десятка выполненных задач. Если подумать, Елеазар сделал для главмагистра больше, чем весь его хвалённый призрачный отряд за все годы своего существования, но даже после этого Иларон до сих пор приставляет охрану, стоит только появиться в верхней части. Ей-богу, Елеазар едва сдерживается, чтобы не снести этим громилам головы; мало того, что они указывают на каждом шагу, так ещё и постоянно торопят, чего Елеазар терпеть не может. Ему удаётся сдерживаться лишь потому, что доверие главмагистра это часть задания, но как только он закончит, то тут уж вежливости ждать не стоит.
От ворот до здания главного магистрата путь был недолгий, он пролегал напрямую по улице, где обычно располагалась торговая площадь. Без преувеличения, этот бульвар являлся самым красивым местом в столице, по обеим его сторонам стояли дома богатейших людей Мэнгорна, а на самой аллеи стояло множество памятников самых разных размеров. Сколько бы раз наёмник тут ни проходил, он всегда подмечал для себя что-то новое, осматривая округу. Его взгляд цеплялся за всё, начиная от узоров на покрытых камнем домах, заканчивая большим родниковым фонтаном, где люди набирали воду. Елеазар всегда считал Мэнгорский родниковый фонтан своеобразным шедевром. Ремесленники наверняка потратили немало сил и времени, вытачивая из камня шесть волчьих голов, впоследствии изо рта которых полилась чистейшая родниковая вода. По виду не скажешь, но Елеазар довольно хорошо разбирался в искусстве, ещё в детстве он обнаружил у себя талант к рисованию и возможно, стал бы отличным живописцем, если бы не роковые события, связанные с войной. Несмотря на то, что после тех событий, он больше ни разу не рисовал, чувство прекрасного у него всё же осталось; как тогда, так и сейчас, он видит красоту и творчество во всём, будь это меч или маленькая деревянная статуэтка. По мнению Елеазара, люди несущие прекрасное в мир, это те единицы, кто действительно достоин уважения, но как он сам не раз убедился, лишь немногие ценят прекрасное. Большинству куда ближе животные удовольствия, более того походы по борделям для них одновременно главная цель и смысл жизни.