– Не часто можно увидеть тебя таким. – Спокойно ответил Иларон. – Я нисколько в тебе не сомневаюсь Андриан, слежка проводилась на всякий случай, из-за моих малообоснованных подозрений. Честно говоря, я даже не сразу поверил когда доносчик начал подозревать Назара в предательстве, поэтому попросил информатора точно во всём убедиться. Когда я разговаривал с Елеазаром, письмо как раз расшифровали и всё ещё раз подтвердилось.
– Иларон, у нас был уговор. Как полноправный глава клана, а впоследствии ордена, я должен знать всё что в нём происходит, а так же все решения должны проходить через меня. Не важно брат или сестра, любой предатель будет убит, и не только по законам Мэнгорна, но и по правилам нашего клана, главой которого я являюсь по праву перворожденного. На этот раз я закрою глаза, но впредь не испытывай моё доверие, мне крайне не хочется встать на путь подозрений и интриг.
– Успокойся Андриан, признаю, моя ошибка, однако уговора я не нарушал. Как только информация подтвердилась я незамедлительно дал тебе о ней знать. – Достал Иларон из кармана письмо. – Вот, держи, это введёт в курс дела.
Елеазар, район высшего сословия.
Похоже Иларон услышал просьбу Елеазара и наконец подобрал достойное сопровождение. В отличие от обычных солдат Еворн не пытался указывать на каждом шагу и всю дорогу молчал, что конечно же не могло не радовать, учитывая что Елеазар всё это время пытался обдумать дальнейшие действия. До главных ворот оставалось где-то две минуты ходьбы, и к этому времени Елеазар не придумал ничего лучше, чем незаметно отправить Назару посыльную птицу с предупреждением.
– Елеазар, – тихо проговорил Еворн дождавшись пока никого не будет рядом. – Это от нашего общего друга. – Протянул он незаметно записку. – Планы поменялись.
– Да ладно. – Удивлённо пробормотал Елеазар, а затем произнёс пароль. – Истинная тень…
– Исходит только от света. – Ответил Еворн.
После ответа, Елеазар незаметно взял записку и спрятал её в карман. Среди тех кто знает позывной, предателей быть не может, Назар говорил его только проверенным людям которые скорее язык себе откусят, чем расскажут о планах истинной тени.
Иларон, главный магистрат.
– Теперь всё встаёт на свои места…– Проговорил Андриан заканчивая читать письмо. – Я не знаю что задумал Назар, но если информатор не врёт его предательство уже очевидно. Нужно срочно что-то предпринять…
– К слову… Елеазар уже занялся этим. Я хочу его проверить, поэтому отправил за ним слежку в лице трёх лучших солдат призрачного отряда, если что-то пойдёт не так, они прикончат и Назара и Елеазара. Чёрт… У них даже имена похожи…
– Хочешь сказать что тут тоже не был нарушен уговор!? – Едва не вышел из себя Андриан. – Пусть даже он нарушил закон, тебе не кажется нужным поставить меня в известность, прежде чем предпринимать подобные меры?!
– Поверь, впредь такого не повторится…– Устало проговорил Иларон. – Что там с новостями на сегодня? Думаю пора приступать к работе.
– Надеюсь и правда больше не повторится, это первый и последний раз когда я вхожу в твоё положение. Мне нужно сходить проверить посыльных, а затем я вернусь с новостями. – Сдерживаясь, говорил Андриан направляясь к выходу.
Злоба Андриана вполне понятна, Иларон дал слово что не будет вмешиваться в дела ордена. После поражения, как глава клана Андриан искал возможность возродить былую славу семьи и отомстить братству святого слова, эти цели оказались почти полностью схожи с желаниями Иларона. С тех пор их объединяют узы что даже крепче дружеских, их объединяет общая месть.
– Да уж, он ещё не скоро это забудет… – Дождавшись пока уйдёт Андриан устало проговорил Иларон, а затем обратился к своему охраннику из призрачного отряда. – А что ты можешь рассказать о Елеазаре? Ты должен был застать момент, когда он пришел в орден.
– Есть кое-что… – Задумчиво начал охранник. – Когда Мэнгорн потерпел окончательное поражение от войск Веленгельма, осиротевших от войны детей в ордене было столько, что в одном полутораметровом каменном доме спало более пяти человек. Тогда мастера решили брать не количеством, а качеством; еды на всех не хватало, поэтому они специально усилили нагрузки чтобы остались только сильнейшие. Уже через полгода в домах жили по три человека, но в орден по-прежнему иногда приходили новые дети. Никто из них не выдерживал и месяца так как обучали их наравне со всеми, мы даже начали делать ставки на то, сколько, кто, протянет. Елеазар пришел через полтора года после основного набора, я ему не дал и недели. Худой, измученный, избитый, казалось он ходячий мертвец, чёрт знает какими способами ему удавалось выживать и увиливать от солдат всё это время. Шли недели, месяцы, а он всё ещё стоял на ногах. Нелюдимость Елеазара и постоянное молчание сыграло с ним злую шутку, другие последователи примерно такого же возраста решили научить его «манерам», но на следующий день всех троих не стало, видимо после отбоя они напали, а затем у двоих оказались перерезанные шеи, а третьего, кому и принадлежала эта затея, вовсе было не узнать, на нём живого места не осталось. Учитывая обстоятельства, Елеазара приговорили к двадцати ударам плетью, и не за то что он убил, а за то что он носил с собой самодельный нож из камня. В отличие от убийства последователей в целях защиты, ношение оружия было запрещено. Я до сих пор не могу забыть его лица во время ударов плетью… Оно не показывало не единой эмоции, словно он вовсе не чувствовал боли. Бесспорно боль можно с лёгкостью скрыть, но в том то и дело… Его лицо было полностью расслабленно… Это было похоже на избиение мертвеца, которого сколько не бей, хуже ему уже не будет.
– Хм… – Ухмыльнулся Иларон, и даже чуть не рассмеялся. – Да что с этим парнем не так чёрт возьми… Похоже на злую шутку. – С широкой улыбкой добавил он, а затем стал неожиданно серьёзен. – Если всё действительно так, то мне пора перестать играть с огнём.
– Главмагистр, ваш сын хочет войти, мне его пропустить? – Послышался голос стража за дверью.
– Вот проклятье, совсем забыл… – Пробормотал Иларон а затем громко подал указ. – Пусть войдёт.
В последнее время происходит столько событий, словно весь мир проснулся после долгой спячки. Само собой Иларон не мог отказать в просьбе своей жены, когда она попросила уделять больше внимания девятилетнему сыну, но как всё это не вовремя...
Дверь открылась и в главный зал вошел Гелеон, сын главмагистра. Для тринадцати лет он был в отличной форме, уже сейчас Гелеон умел фехтовать с мечом и почти свободно передвигаться в тяжелых доспехах. Иларон с самого детства не давал ему спуску и всегда говорил: «лидер народа должен быть лучшим во всём, если окажешься слаб, то я не смогу доверить тебе ответственность этого титула». Для кого-то родиться в выдающийся семье подобно дару небес, но для Гелеона это скорее проклятье, его тяжелая судьба уже предрешена и как не пытайся, от неё не уйти.
– Доброе утро отец. – Пытался как можно серьёзнее говорить Гелеон, несмотря на свой детский голос.
– О, привет Гелеон, я как раз хотел за тобой отправить. – Не осталось и тени от хмурости Иларона. – Как тебе новый учитель по картографии, нравится?
– А где Вардин? Почему ты его выгнал? – Неожиданно начал Гелеон.
– Сразу к делу значит, так даже лучше. – Одобрительно проговорил Иларон. – Вардин говорил слишком много бреда, я не хочу чтобы моего наследника обучал сумасшедший.
– Он не сумасшедший! Зачем его так называть!?
– Ещё раз повысишь голос, и сильно об этом пожалеешь. – Вновь стал серьёзен Иларон. – Я тебе уже не раз говорил, лидер народа не может быть не добрым, не злым. В первую очередь идёт разум, и даже столь восхваляемое Вардином милосердие не всегда бывает уместно, и зачастую перерастает в проблемы.
– Только из-за того что он рассказывал про доброту и милосердие, ты его выгнал? Он всего лишь сказал своё мнение когда я спросил, в таком случае тут больше моей вины, чем его.
– Дело не в том, про что он рассказывал, дело в его глупом ответе. Такой глупец не может быть учителем моему сыну. А теперь закончим на этом, ты не хуже меня знаешь, что мои указы никогда не отменяются.