– А я говорю, что она повелевает огнем! – упрямо возразил первый. – Все-таки Пророчество не врало, она Избранная!
– Да она же просто девчонка… – попытался было возразить второй, но его товарищ перебил:
– Думаешь так просто поймать главаря мохэ? В том и дело – невероятно, что девчонка одна это провернула! Говорю вам, это не просто так, она сильнее целого войска!
– Ну и чем ты это докажешь кроме пустой болтовни? – опять сердито буркнул третий, наконец, доев свой суп и довольно крякнув.
– А вот посмотрим, кто из нас окажется прав! Готов поставить на это пять нян.
– Ну и останешься ни с чем…
Остальной разговор Мунно не слушал, повернувшись к пораженному Даону.
– Кто распустил этот слух, как думаешь? – тихо спросил он.
– Может сама девчонка и распустила, – фыркнул друг, вытирая жирные пальцы лежащей на столе тряпкой. – Она теперь народная героиня, вот и решила всем рассказать, чтобы уж ни у кого не осталось сомнений в ее избранности.
– Нет, – покачал головой Мунно, напряженно размышляя. – Если бы действительно хотела славы, то раскрыла бы себя уже давно, как только вернулась из рабства. Но она скрывала это много месяцев, значит это нужно кому-то другому.
– Ну значит ее бывший возлюбленный Наун, больше некому. Если он метит во Владыки, ему нужны сторонники, а, имея на своей стороне Кымлан, трон у него практически в кармане.
– Думаю, это самый вероятный из всех вариантов, – рассуждал Мунно. – Если бы о ее способностях узнал Насэм, то не стал бы действовать тайно, распуская в народе слухи, а объявил бы об этом во всеуслышание. И как теперь быть, ведь Кымлан утратила свои способности…
– Да не все ли равно? Нам-то что до этой девчонки? Она заварила кашу, вот пусть сама и расхлебывает. Надеюсь, ее огонь никогда больше не вернется, для мохэ так будет лучше и безопаснее, – заключил Даон, который не знал, что произошло между Мунно и Кымлан около Дерева рода.
Мунно не мог заставить себя рассказать ему – друг бы не понял и не принял этого. Да и сам мохэсец пока не знал, что с этим делать. Но в одном он был уверен – он любил Кымлан и не мог с легкостью с ней расстаться.
По дороге во дворец мужчины остановились возле лавочки со сладостями – нужно было убедительно играть роль влюбленного в принцессу жениха, и Мунно решил купить немного сушеной хурмы для Ансоль. Но, разглядывая разложенный на столе ассортимент, мохэсец боковым зрением выхватил высокую фигуру в черном мужском платье, и вскинул голову. Кымлан быстро шла по торговой улице прямо к нему, а рядом с ней семенила Сольдан, которая вполголоса что-то говорила, наклонившись к подруге.
– Легка на помине, – проворчал Даон, подозрительно посмотрев на своего господина. Мунно усилием воли заставил не дрогнуть ни один мускул на лице, и будто бы равнодушно повернулся навстречу когурёске. Кымлан остановилась в паре шагов, смерив мужчин пронзительным взглядом, однако в ее глазах Мунно уловил яркую вспышку тепла, когда она встретилась с ним глазами. Сердце встрепенулось как птица ей навстречу, желая немедленно заключить ее в объятия, но внешне он остался невозмутимым. Во всяком случае ему хотелось так думать.
– Что-то ты часто стал появляться в этом районе, – прищурилась Кымлан, отодвигая Сольдан с дороги, чтобы ее не задели спешившие прохожие. – У тебя здесь какие-то дела?
– Мы пришли купить подарок для принцессы Ансоль, – ядовито скривился Даон, воинственно скрестив на груди руки. – А вы что здесь делаете? Следите за нами?
– Даже если и так, то что? – с вызовом вскинула голову Кымлан, в ее глазах сверкнула ярость. Мунно не знал, как себя вести, чувствуя себя очень неловко, ведь Даон не знал о том, что отношения между ними изменились, и намеренно напоминал о предстоящей свадьбе, что ранило Кымлан.
– Скоро Мунно станет мужем Ее высочества, принцем Когурё. Если тебя поймают на слежке за принцем, получишь сто ударов плетьми, ты ведь знаешь об этом, – продолжал давить Даон, не скрывая свой неприязни.
– Мы направлялись во дворец и ни за кем не следили, – быстро проговорила Сольдан, дернув Кымлан за рукав. – Давайте вернемся вместе, чтобы никто никого ни в чем не подозревал?
Девочка пыталась сгладить сложившуюся ситуацию и не дать разгореться ссоре. Мунно тяжело вздохнул, понимая, что скрывать от друга правду больше не получится. Нужно раскрыть карты.
– Мне нужно поговорить с Кымлан наедине, – сказал он.
– Ты о чем? – поразился друг, глядя на Мунно широко распахнутыми глазами, будто не верил в то, что сейчас услышал.
– Я потом тебе все объясню. Не сейчас.