Холодно… тело дрожит уже не только от страха. Тысячи свечей на стенах и полу не согревают даже мелкого телосложения девушку. Только потерев плечи, чтобы хоть немного согреться, она почувствовала, как снова сами собой потекли горькие слезы, достигнув её подбородка. Больше нет сил! В этом холоде, в одной тонкой белой рубашке по колено, предоставленная сама себе до назначенного часа, босиком, она ещё должна молиться?!
- За что?! Чем я это заслужила?! – она решительно направилась к божеству, прозванного людьми, Духом Огня, спотыкаясь и почти не ощущая собственных ног, она шла, не отрывая взгляда от равнодушного лица бога. Обогнула алтарь и, дойдя до цели, устало рухнула на колени перед Духом, рыдая от отчаяния у его ног и понимая, что выхода нет.
На небе сегодняшней ночью не было ни единого облака. Новый месяц освещал каждую улочку и уголок большой деревни. И никто из жителей этой ночью не сомкнет глаз. Все гуляли и праздновали избавление от неминуемой, как им казалось ранее, гибели. Прямо на главной площади были расставлены и накрыты столы со всевозможными яствами и напитками. Каждый селянин достал из погреба всё, что у него было. Как никак, жизнь ценится дороже. И в этой ликующей праздной толпе не было только старейшины, он предпочел уединение, потому что знал, что радоваться нечему.
Допивая очередную кружку виноградного вина, юноша расселся на стуле, рассматривая молодую пару влюбленных. Неделю назад, он также сидел со своей девушкой на лавке перед её домом, не желая рано расставаться. А теперь…нет у него девушки.
- Дар! А твоя девушка хорошо пела! Её не хватает сейчас! – пьяный ор закадычного друга вывел его из размышлений. А слова заставили содрогнуться и сжать кулак. Было ли это свидетельством его чувства вины или нет? Кружка была со стуком поставлена на стол.
- Что ты сейчас сказал? – злость стала занимать позиции отчаяния и самобичевания.
- Пела твоя девка хорошо, говорю!
- Пела?! – юноша крепкого телосложения медленно встал. – Вот значит как… Пела, говоришь… Только это и слышно! ВЫ ЕЁ УЖЕ ПОХОРОНИЛИ, СВОЛОЧИ! – он и не осознал, как вставая, опрокинул лавку с рядом сидящими мужчинами, а другу врезал так, что тот упал без чувств. – ОНА ЕЩЕ ЖИВА!..
Его еле успокоили, но он не пожелал больше оставаться среди веселящихся людей. Не спеша, он пошел по широкой улице, направляясь к храму, и издалека он увидел на возвышенности огромное каменное здание, в котором ждет своей участи его невеста. Ждет и боится… А он даже не может подойти к ней и утешить. Её заперли и охраняют снаружи. О каком утешении может идти речь? Обычной фразой - «Все будет хорошо», - ничего не исправить, не изменить и не повернуть время вспять. Почему год назад они не сбежали вместе на материк? Почему? Если бы она согласилась… он сожалел о том, что согласился с ней остаться в селении. Но ничего не изменить…Если он попытается войти, его непременно убьют. Дар сжал кулаки и развернулся в сторону дома. До назначенного времени уже не так долго.
Рыдать больше не было сил, слезы словно испарились и заменились тихим нервным всхлипыванием. Она уже не сидела, а как-то полубоком лежала, подобрав ноги и смотря в одну точку. И только сейчас она поняла, что этой точкой были босые ноги Духа. Она уже час рассматривала их и только теперь осознала это. Нервная улыбка озарила бледное лицо. Прерывисто вздохнув, она смогла сесть на колени и поднять голову, взглянув в глаза божеству. Почему-то холода уже не чувствовалось. Тем не менее, глаза каменной статуи, хоть и были безжизненны по сути, имели уставшее, скучающее выражение с какой-то обреченностью.
Девушка даже подумала, может Дух понимает её? Может ему надоели жертвы? Хотя, кроме своего жертвоприношения, она не слышала, чтоб его вообще проводили в храме. Но может, где-то еще его проводили и не раз? Только Верховному это может быть известно наверняка.
- Ты жалеешь меня? – девушка натянула улыбку, но она получилась горькой. – Не стоит… Я не хочу, чтоб меня жалели. Я хочу жить, - стиснув зубы от накативших эмоций, она закрыла лицо руками. Длинные медовые волосы разметались вокруг и коснулись ног Духа. Но девушка не знала этого, она пыталась успокоиться и собраться. С неё довольно! Слезами она себе не поможет. Ей уже ничего не поможет, так зачем напрасно плакать? Словно ей нужна сейчас жалость! Нет! Никогда! Она уйдет из Этого мира с высоко поднятой головой. И ей больше никогда не придется страдать! Там – лучше!