– Неплохое желание, – одобрительно кивнул я, – и я тоже стараюсь внутренне не меняться и всегда сохранять в себе свой внутренний стержень, который помогает мне сохраниться и не затеряться в этом мире.
– Но человек не может ни меняться, – тихо с сожалением возразил он мне, – потому что всё меняется вокруг. Меняется мир, меняются люди, с которыми мы общаемся. Но я-то не меняюсь. Я остаюсь тем же, кем был рождён, может быть, несколько тысяч лет назад. Конечно же, как и всех других, меня на свет родила мать. Но мне кажется, что я жил и раньше, до своего рождения. И жил с одной лишь целью – всегда оставаться самим собой. Но кем я был до своего рождения – этого я не знаю. Вот почему я хотел бы вернуться к самому себе. Так сказать, обрести свою сущность, своё истинное существо. Но как это сделать, я не знаю. Об этом я вам и сказал, когда мы столкнулись с вами в тумане. И для того, чтобы определить цели своего движения, я должен понять, кто я есть, на самом деле. Не так ли?
Услышав эти рассуждения, я поразился, и некоторое время молчал, не зная, что ему сказать, потому что думал то же самое, что и он. Мне вдруг на мгновение показалось, что он даже говорит моим голосом, настолько его мысли совпадали с моими. Не дождавшись моего ответа, юноша задумчиво произнёс, как будто бы разговаривал сам с собой:
– Так зачем же я появился на свет?
Я не знал, что ему ответить и сказал просто:
– Вы сами должны это понять.
– Но как?
– Если бы только я это знал, – сказал я, – я про себя-то не знаю, зачем я пришёл в этот мир, а я намного старше вас.
– Но кто это знает?
– Вероятно, никто, кроме нас самих, – подумав, ответил я, не найдя никакого другого разумного ответа.
Юноша задумался, но потом молвил:
– Но кем вы с вами являемся, чтобы отвечать на такие непростые вопросы? Я согласен с вами, что никто не даст нам с вами чёткого представления о нашем предназначении в этой жизни, не скажет нам заранее, куда мы должны идти и что делать. Природа постоянно пытается играть с нами, как кот с мышками, постоянно оставляет нас в дураках, держит нас в неведении относительно нашего пути и нашей судьбы. Она даже не объясняет нам того, почему мы появились на свет. Она как бы даёт нам свободу самим определиться во всём и стать тем, кем мы сами желаем стать. Для этого она и создаёт разные образы и примеры вокруг нас, чтобы мы могли выбрать из множества возможностей свой путь для самореализации. Но нужно ли нам то, что предлагает нам природа. Ведь принимая какой-то образ, мы теряем способность оставаться самими собой. Ведь так? Нам кажется, что мы нашли своё место в жизни, но является ли это место для нас именно тем, что нам нужно? Ведь может и такое быть, что мы можем оказаться совсем на чужом месте, не найдя своего собственного предназначения. Не так ли? Ведь и вы, наверное, тоже ищете своё место в этой жизни
Я кивнул ему головой и, подумав, неуверенно сказал:
– Вы правы, я тоже долгое время искал своё место в жизни, и мне даже показалось, что нашёл его. Недавно я даже обрёл своё новое имя, став Жан-Батистом Люлли. Может быть, когда-то я им и был в прошлом моём рождении, и сейчас уже пытаюсь осмыслить написанный мной несколько веков назад «Королевский дивертисмент».
– Но почему вы сразу не назвали себя Моцартом?! – улыбнувшись, воскликнул юноша. – Ведь Моцарт более гениален, чем Люлли. Если уж на кого-то равняться, то нужно сразу брать, как образец подражания, высшую ступень градации и совершенства во всех делах.
– Но Моцарт – даже не король, а сам бог, – возразил я, – и чтобы стать им нужно постепенно подниматься по ступенькам к Олимпу. Иначе можно сразу же потерпеть фиаско.
– Вот как?! – воскликнул юноша, с интересом ухватившись за моё признание. – Вы, не будучи музыкантом, нашли своё место в этом мире, может быть, и в самом деле в вас скрывается огромный музыкальный талант, о котором вы даже не подозреваете. Вот бы и мне понять, кем я являюсь на самом деле!
– А что, – недоверчиво спросил я, – неужели в этом странном городе все озабочены такими мыслями, и все думают о поисках своего места.
– О, да! – огорчённо воскликнул юноша. – Многие уже нашли свои места. Именно поэтому они и проявились в этом невидимом для обычных людей городе. Здесь может проявиться только тот, кто уже обозначился для себя кем-то в своей жизни.