Морально и физически мы были готовы навязать эту тактику соперникам.
Мы понимали, что использование этого способа тесно связано с физиологическими особенностями каждого спортсмена. Наш уровень подготовки соответствовал всем перечисленным требованиям.
Мы были уверены, что сильнее всех гребцов, участвующих в соревновании, и что сможем в любой момент и в любом месте дистанции сделать ускорение и настигнуть соперника.
Мы отчетливо понимали, что решающим для победы будет более сильное прохождение второй половины дистанции, когда большинство команд израсходуют основные силы и будут «тянуть» только на одной воле.
Мы были уже готовы к тому, что для увеличения скорости на заключительном этапе гонок потребуются преодоления «мёртвых» точек. Наш Дух давно рвался в бой, и мы не боялись шлюпочных поединков, потому что нас давно ждала Победа.
Телевидение и местные газеты раструбили по всему Севастополю о предстоящих горячих соревнованиях с перечислением судейской коллегии и основных ведущих команд. Нас в тот список не включили, мы участвовали впервые. Особое внимание уделялось командам из таких городов, как Москва, Владивосток и Ленинград. Затаилась интрига. Но об этом никто не знал и даже не догадывался.
В субботу утром мы сделали лёгкую зарядку. Пробежав в лёгком темпе несколько кругов по стадиону, мы размяли свои мышцы на перекладине и брусьях. На камбузе нас ждал великолепный завтрак. Кроме мяса и сливочного масла, нам предоставили удивительно вкусный голландский сыр.
Шлюпку спустили на воду в десять часов и в среднем темпе отправились в сторону Инкермана. Сделали несколько быстрых стартов с переходом на длинные гребки. Все движения были лёгкие и свободные, дышали полной грудью. В 11.00 медленным темпом направились в район Угольной балки, откуда и будет дан старт. Там уже собралось много шлюпок. На берегу пляжа стояли болельщики. В Севастополе любые шлюпочные соревнования считались большим праздником. Этот вид спорта был одним из любимых и популярных среди горожан.
Всем участникам гонок выдали индивидуальные номера. Наша шлюпка заняла место на старте под номером 27.
Николай Петрович подошёл к нам на катере и ещё раз провёл инструктаж, дав последние ценные указания.
- Как настрой, парни? – улыбаясь, спросил он.
- Боевой! Рвёмся в бой! Лишь бы вёсла не сломались! – уверенно отвечали мы.
- Это хорошо! Успехов вам, парни! Покажем им всем Кузькину мать! – смеясь, сказал Николай Петрович. – Слушайте внимательно команды старшины. Старайтесь не ввязываться в рубку. Главное, войти в десятку…
Наконец, команды пригласили на старт. Все шлюпки выстроились кормой к натянутому канату. Каждый рулевой держался за фал под своим номером и удерживал дрейфующую шлюпку на линии старта, баковые помогали поддерживать дистанцию короткими гребками. Мы все занесли вёсла и были на товсе, готовые по выстрелу ракетницы взорваться мощными гребками.
Прозвучал выстрел. Как не ждали, он раздался неожиданно и громко. Началось месиво. Вода забурлила и запенилась.
Наша шлюпка вылетела, как торпеда из подводной лодки. Каждый гребец был сосредоточен на своих слаженных действиях. Одновременно и синхронно, равняясь по загребным, делали занос, захват, мощный гребок, опять быстрый занос, захват – гребок… Мы летели… Опаньки! А где Витя Карабец? Мы его потеряли и не заметили, как.
Произошла коварная штука. При выстреле ракетницы мы так быстро и мощно стартанули, что Витя не успел отпустить фал и вылетел за борт, словно его ветром сдуло. Он пробкой выскочил из воды и заорал благим матом:
- Табань, вашу мать! Меня потеряли! Табань! Всем табань!
Ё-моё! Как же так, потеряли старшину и не заметили! Мы опустили лопасти в воду и начали грести назад. Загребные схватили Витю за руки, и он оказался на кормовой банке.
Старшина, мокрый и злой, схватил румпель и закричал:
- Вёсла на воду! И пошли! И-и-и раз, и-и-и раз, и-и-и раз…
Его гневный голос, громкий и звонкий, ревел так, что мы остервенело хватали воду и гребли, что есть мочи. Все команды, пока мы развлекались, ушли от нас метров на сто. Солидная фора для дистанции в две тысячи метров.
- И-и-и раз, и-и-и раз, и-и-и раз, - гремел на всю бухту очумелый голос.
Мы, не сбрасывая темп, удлинили гребки и стали догонять последние шлюпки. Уже было видно, как сокращается расстояние. И вот мы обошли последних и помчались за впередиидущими.