Начальник службы охраны касается перстнем большого конвексного зеркала в кабинете и называет фамилию вызываемого. Через некоторое время в его пузатом зеркале проявляется отражение вызванного собеседника.
— Ваше сиятельство, агент Жироцский к вашим услугам.
— Как продвигается розыск лица «Беспамятный»?
— Плохо, — тяжко вздохнул агент: — Мы прошерстили все низы Нового Петерсборга, но нашли лишь только одного мелкого воришку-налетчика, который по нашему описанию признал в нем разыскиваемого парня. Пытался его на улице ограбить. С его слов наш молодой человек вооружен парострелом. Ну а дальше он как сквозь землю провалился. Ищем дальше, ваше сиятельство.
— Ищите лучше, агент. Еще лучше ищите. А не то в солдаты разжалую и прямиком на катайскую границу отправлю. Там ваша работа куда нужнее.
— Понял, вашсиятельство. Есть искать лучше! — после этих слов собеседник отключился.
Михаил Георгиевич постучал костяшками по полированному деревянному столу и тоже вздохнул. Зачем пообещал его величеству, спрашивается?
— Капитан, зачем вы взяли на борт юнгу из вольных? Он же зеленый совсем. И кстати, о чем вы хотели мне сообщить?
— Семен Семенович, как ты сказал на площадке. Рад видеть живым и здоровым?! Так вот, пророческие твои слова оказались.
— Как так?
— Ты же помнишь, увольнительную я взял на несколько дней, дабы выполнить свои обязательства перед родом. Ехать туда не хотел?!
Капитан-лейтенант на это только кивнул, подтверждая слова капитана:
— Так вот родные впутали меня в темную историю. Люди из окружения князей Демидских, верно, скорее они сами, пытались подставить меня и заодно нашу команду. Нужно было сделать один рейс, как военный, минуя все кордоны и таможню. Контрабанда, понимаешь.
— Н-да, дела.
— Обещали выправить все документы, но, Семен Семеныч, это был рейс в один конец. Вернувшись обратно, нас ждал бы снятие погон и тюремный острог, а всю команду согласно уставу — расформирование. Не мог я себе этого позволить, пусть и в угоду роду моему, понимаешь.
— А юнга причем тут?
— Так убили меня почти, Семен Семеныч.
— Ч-что?! Кто посмел?
— Да-да, такие дела. Стукнули в уборной чем-то тяжелым. Думаю парострелом. Выкрали прямо со званого вечера и сняв защитный амулет, выдули из меня все силы. Ну а потом, все концы в воду, сбросили недвижного в столичный канал. И уехали. А Сергей все там видел и спас.
— Спас? Без сил? Он что маг или…
— Или! Камень у него при себе оказался. Успел приложить до того, как богу душу отдать. Он и вытянул. Ну а дальше, как мамка, за мной в первую ночь смотрел. На последние деньги к полюбовнице отвез. С неделю у Софьи я проваландался, покуда сил не набрался. Апосля в имперскую канцелярию императору прошение подал, на защиту от Демидских. А сам быстрей сюда. И как думаешь, бросил бы я парня после всего того, что было…Под мостом, где меня…Обобрать мог легко и уйти, благо деньги хорошие в кармане были. Гранат полный на меня истратить. А у самого на руках копейка последняя, работы в столице не нашел, хоть и одет хорошо. Темнит немного, правда, но я проверил источником своим, фальши в нем нет. Вот и забрал с собою. Знаешь, человеком хочу сделать. Как сына. Если никого за ним и приемным признал бы. Вот, а ты говоришь, живым и здоровым.
Семен Семенович молчал, переваривая услышанное признание капитана.
— Прошу, Семен Семенович, как человека. Ты присмотри за ним тож, Ну чтоб команда там…
— Н-да-да, это ж надо. Ну и дела-а…
— Эй, боцманенок! Снеси на бейдевинд боцману нашему вот эту штуку. Да побыстрей! Он у нас нерасторопных не любит!
Я схватил и понесся, щеголяя выданными мне новенькими воздухофлотскими черными ботинками и суконными матросскими брюками, слегка расклешенными к низу. А где тут этот бейдевинд? А хрен его знает. Я ж не флотский. Чтоб тут не позориться, встречу кго-нибудь по пути и спрошу. Выбежав в коридор, сзади слышу гогот команды.
Навстречу попался офицер с нашивками флайт-мичмана. Обращаюсь:
— Куда спешим, юнга?!
— Господин офицер! А где у вас тут бейдевинд. Боцману надо вот эту штуку снести!
Он широко улыбнулся во весь рот и по его едва сдерживаемому смеху я понимаю, как хорошо меня накололи. Офицер понимает, что я тоже это понял и, уже не стесняясь, во весь голос заржал.
— Эх, новенький, неси все взад. Пошутили над тобой. А опосля попроси боцмана тебе инструктаж провести.