- Каждый день туда плавают, - задумчиво произнесла Сонька. - Может, у них там флакончик припрятан?
- Какой флакончик? - не поняла Марина. - Водки что ли?
- Ну, водки вряд ли, - хмыкнула Луиза, сбрасывая на траву шелковый халатик и оставаясь в стильном фиолетовом купальнике. - У нашего шефа нюх, как у ищейки. Сразу бы почуял.
Изначально в их небольшой группе был установлен сухой закон, и, в принципе, никого это особо не напрягало.
- А может, у них любовь? - голосом кинопровокатора заявил Илья.
- Что?! - ахнули Сонька и Луиза. А Маринка хихикнула и сообщила, что у Паши, вообще-то, есть молодая жена и сынишка двух лет от роду. Они его на вокзале провожали.
- Действительно, - усмехнулась Луиза. - Шатенка в сарафане. Помню такую.
- Эх, такую версию вдребезги разбили, - огорчился фотограф и тоже побежал к воде.
Наплававшись, они вернулись в лагерь и ещё по дороге поняли, что у них гости. Неподалеку от палаток стоял запыленный черный джип, а навстречу им по склону спускался незнакомый светловолосый парень с ведром. Одежда на нем была странная - длинная шерстяная ряса, тоже понизу изрядно запыленная.
- Здравствуйте, - вежливо поздоровался неизвестный и посторонился, пропуская их на узкой тропинке.
- Здравствуйте, - ответили ему вразнобой.
- Вот, водицы иду набрать, - благостно улыбнулся парень. - Негоже святому отцу на грязной колеснице ездить.
С этими словами он подобрал рясу, как старинная барышня юбку, и зашагал к озеру. Члены экспедиции проводили несуразную фигуру ошеломленными взглядами.
- Святой отец на колеснице, - задумчиво повторил Илья. - А ведь Аристарх Львович говорил, что с епархией все вопросы утрясены. Или с ревизией прикатил кто?
- Сейчас узнаем. Не нравится мне этот визит, - досадливо поморщилась Луиза. - Нет ничего хуже, чем самодеятельность местных представителей церкви. Если это простое любопытство, ещё ладно. А если начнутся разборки с тем, кому принадлежит часовня, тогда караул - могут и работы остановить.
Они обогнули холм, но никого не обнаружили, пришлось идти в часовню. Гость - крупный бородатый священник в черной рясе с большим серебряным крестом на груди - был там. Аристарх Львович, размахивая руками и явно нервничая, что-то объяснял ему.
Завидев вошедших, священник осенил их широким крестом, а Аристарх умолк.
- Всё в порядке? - тихо спросила у него Луиза.
- Да не очень, - хмуро отрезал руководитель их маленькой экспедиции. - Вот, батюшка считает, что росписи надо не расчищать, а наоборот - заново записывать. Говорит, что и мастеров уже нашел - из своего прихода.
- Вы шутите? - повернулась Луиза к священнику.
- Нисколько, дочь моя. Ибо дело богоугодное - храм приукрашать, - батюшка сложил пухлые пальцы на кресте и улыбнулся. Никому не понравилась эта улыбка, было в ней что-то неприятное и злорадное. - Лики обновления требуют, а не извлечения из-под облезлой краски старозаветных образов. Ибо в Святом Писании сказано…
- Я не буду с вами состязаться в знании библейских текстов, - видно было, что Луиза едва сдерживается. - Но церковь должна с уважением относиться к национальным культурным ценностям и всячески способствовать их сохранности для потомков.
- А вы сначала докажите, что эти ценности имеют такое уж большое значение, дочь моя, - священник пренебрежительно повел бровью. - Пока же я вижу в святом храме острые орудия и источник омерзительной вони.
Он ткнул перстом в разложенные на столе скальпели, шпатели и банку с растворителем.
- И сие есть поругание молельного места.
- Ну вот что, я пойду, попробую по рации ещё раз связаться с епархией, - решительно заявил Аристарх Львович. - А вы, Луиза Андреевна, покажите пока отцу Николаю те фрагменты, которые удалось расчистить. Это же древний мастер писал! Величайший гений! А вы хотите поверх него каких-то районных богомазов… Эх, да что там говорить!..
С этими словами он выскочил из часовни. Соня с Мариной осторожно последовали за ним. Илья остался.
- Пока часовня тут разрушалась, она им не нужна была! - возмущался по пути к палаткам Аристарх Львович. - А как только ею занялись, тут же прискакали.
- Погоди, - остановила Соня Марину, собиравшуюся залезть в палатку, чтобы переодеться и снять мокрый купальник. Негоже как-то перед священником в коротком халатике шастать. - Смотри-ка.
Она указала на джип.
- И что?
Марина непонимающе уставилась на внедорожник. Ничего особенного - дверцы нараспашку, так что хорошо виден отделанный изнутри светлой кожей салон. Оттуда тянула запахом кокосового освежителя воздуха. Богатый, наверное, у батюшки приход, раз на такой тачке раскатывает. А с другой стороны, дороги тут такие, что на обычной машине далеко не везде проедешь - вездеход нужен.